А уж если Синдрас настолько всемогущ, что способен силой своего авторитета заткнуть рот казенным инквизиторам, то пустить в ход любые другие, бескровные рычаги давления было бы для него куда сподручнее и эффективнее!

«Пускай он еще не пронюхал о моей грядущей сделке с вояками, но о связях с Церковью Богини и парламентарием Махтом осведомлен наверняка. Он бы ни за что не стал рубить сплеча так топорно и грязно… И самое главное: раз уж барон готов хладнокровно нанять убийцу ради жалких трех процентов акций, какого дьявола он не сделал этого раньше? Приставил бы ствол к башке Карона еще до торгов — и дело в шляпе, никаких проблем…» — глубокомысленно скользнув взглядом по стоящим напротив констеблям, Клейн благоразумно взял паузу, не торопясь с ответом.

Тем временем буквально за стеной малой гостиной Сио и Форс, привалившись к перегородке, жадно грели уши. Благодаря «Открытию дверей», виртуозно провернутому писательницей, девушки не упустили ни единого слова из этой беседы.

— Что будем делать? Если легавые упрутся рогом и потащат его в кутузку, мы обязаны вмешаться и отбить клиента? — судорожно, срывающимся шепотом выпалила Форс, которой явно не хватало закалки бывалой наемницы.

Девушке и в страшном сне не могло привидеться, что банальная коммерческая грызня обернется кровавой подставой с покойником. Да и в роли врагов, вместо ожидаемых домушников или наемных громил, на сцену вышли казенные ищейки. Форс впала в ступор, совершенно не беря в толк, как выкручиваться из этой передряги.

Сио тоже оказалась в изрядном замешательстве:

— По-хорошему, наша работа — защищать исключительно от бандитов и прочего криминала.

— Но… черт возьми, куш они отвалили поистине баснословный.

Форс, разрываясь между изумлением и истерическим весельем, фыркнула:

— И что, если его упрячут за решетку, ты пойдешь брать тюрьму штурмом?

— Я уж молчу про то, что это чистое самоубийство! Но стоит тебе лишь выкинуть подобный фортель, как ты сама мигом станешь главной мишенью для облав. Карьера охотницы за головами накроется медным тазом! И что потом? Прикажешь нам втроем удариться в бега и кочевать по миру?

Пока ее писательская фантазия уже вовсю строчила сюжет для нового авантюрного романа, Дуэйн Дантес наконец-то подал голос.

Утонченный джентльмен с благородной сединой на висках вполоборота развернулся к мажордому Вальтеру и размеренно, с ледяным спокойствием изрек:

— Два поручения. Во-первых, немедля нанесите визит барону Синдрасу. Передайте ему, что кто-то вознамерился его жестоко подставить.

Лицо Вальтера, всегда сохранявшего непроницаемую маску, на сей раз исказилось от неподдельной растерянности. Дворецкий решительно не брал в толк, с какой стати хозяин отдает столь абсурдный приказ.

В его картине мира за этой кровавой подставой почти стопроцентно маячила фигура самого барона. Явиться к нему на поклон означало не только впустую сотрясти воздух, но и добровольно подставиться под едкие унижения.

Клейн, издав легкий смешок, пояснил:

— Барон только-только почтил нас своим визитом, сыпля угрозами из-за тех самых трех процентов акций. А следом Карон отправляется на тот свет. Как ни крути, все стрелки железобетонно указывают на Синдраса. Считаю своим долгом предупредить его о нависшей тени подозрений — таков уж незыблемый кодекс чести истинного джентльмена.

Полицейские чины слегка переглянулись, смутно почуяв, что это дело пахнет куда более глубоким, многослойным дном, нежели им казалось. А Вальтер, в чьей голове мгновенно сложился пазл, понимающе кивнул и отчеканил:

— Будет исполнено, сэр. Я тотчас же направлюсь к барону Синдрасу, а заодно оповещу о случившемся всех ваших общих знакомых.

Маневр был поистине виртуозен. Если за ниточки дергал кто-то другой, барону волей-неволей придется расхлебывать эту кашу, отмывая собственное имя. Если же это действительно его рук дело — подобное «дружеское» предупреждение мигом втянет его в публичный скандал. Раздув шумиху, Дуэйн Дантес создаст колоссальное общественное давление, благодаря которому парламентарию Махту и остальным покровителям будет куда проще вытащить его из петли.

«Блестяще… Как же всё-таки легко и приятно иметь дело с подлинным профессионалом…» — Клейн мысленно рассыпался в похвалах мажордому и продолжил:

— И во-вторых: вызовите моего стряпчего. Пусть немедля берется за этот досадный пустяк.

Раздав указания дворецкого и личному камердинеру, Клейн наконец-то перевел взгляд на ожидающих констеблей:

— Что ж, я готов проследовать с вами в участок. Не смею чинить препятствий казенным людям при исполнении.

— Впрочем, до прибытия моего адвоката я не пророню ни слова.

Старший офицер с явным облегчением выдохнул и кивнул:

— Благодарю за содействие, мистер Дантес.

Тем временем в соседней комнате Форс торопливо прошептала:

— Садимся на хвост?