Дотошно прощупав расписание, юноша нащупал идеальную лазейку: по вечерам воскресенья Церковь неизменно закатывала грандиозную, многолюдную мессу, ведь именно этот день недели вкупе с ночным мраком служили сакральными символами Богини.

А едва отгремят последние аккорды гимнов и толпа схлынет, церковная прислуга непременно поднимет суету, выметая горы мусора на задворки.

План Клейна был донельзя прагматичен: в этот самый момент, под покровом хаоса, тихо вырубить одного из лакеев, нацепить его личину, беспрепятственно просочиться обратно под своды храма и благополучно завалиться спать в крыле для прислуги.

Ради этого он загодя наведался к «Луне» Эмлину и раскошелился на целых пять фунтов, раздобыв снотворное зелье. Доза была выверена с ювелирной точностью: жертва благополучно проспит добрых десять часов, не получив ни малейшего вреда для здоровья.

Хух… Выждав пару минут, Клейн медленно, с шумом выдохнул. Плотно задернув портьеры, он вернулся в комнату, отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в таинственные чертоги над серой мглой.

Устроившись на почетном месте, по праву принадлежащем Шуту, владыка погрузился в раздумья на добрую минуту. Силой мысли соткав из пустоты пергамент и перо, он вывел фразу для грядущего прорицания:

«Грядущая кража тетради семьи Антигон таит в себе угрозу».

Отложив пузатую темно-красную ручку, сыщик выудил из левого рукава серебряную цепочку. Намертво зажав ее в левой ладони, он позволил цитриновому маятнику повиснуть прямо над листом, едва не касаясь бумаги.

Плавно соскользнув в медитативный транс и смежив веки, юноша принялся беззвучно чеканить написанные слова. Прокрутив мантру ровно семь раз, он распахнул глаза. Кристалл мерно, без лишней спешки и с привычной амплитудой выписывал круги по часовой стрелке.

«Угроза действительно есть, но она не выходит за рамки допустимого…» — Клейн в мгновение ока препарировал полученное откровение.

Положа руку на сердце, его слегка грызли сомнения: а не вмешалась ли в гадание чья-то посторонняя воля? Точь-в-точь как в свое время провернула «Матерь Древа Желаний». Увы, доказать этот факт, равно как и опровергнуть его, было решительно невозможно.

А посему, раз уж вердикт прорицания, запасные планы и собственный арсенал находились в полной боевой готовности, Клейн отбросил последние колебания.

Неотрывно глядя на замедляющий свой бег цитриновый кулон, он глухим, вибрирующим баритоном произнес на своем родном языке:

— Стрела наложена на тетиву, отступать некуда.

Не успели эти слова растаять в воздухе, как Клейн окутал себя духовностью. Сымитировав чувство стремительного падения, он низвергся обратно в материальный мир.

На сей раз он вознамерился взять с собой лишь три артефакта: «Ползучий голод», «золотую монету Сеньора» и «медный свисток Азика». Вся эта троица идеально помещалась в железном портсигаре, что позволяло наглухо запечатать их двойным барьером из «Бумажного ангела» и Стены Духовности.

Прочий же оккультный скарб с высочайшей долей вероятности попросту не прошел бы сквозь Врата Чаниса, рискуя спровоцировать фатальную аномалию самого ядра печати. А потому юноша благоразумно оставил всё лишнее вкупе с пухлыми пачками наличных пылиться в чертогах над серой мглой. Случись какой форс-мажор, он был готов в любую секунду рвать когти налегке.

«Какая досада, что те самые три процента акций компании „Коим“, купленные за баснословные двенадцать тысяч восемьсот фунтов, намертво привязаны к личине Дуэйна Дантеса…» — Клейн поспешно усмирил эти меркантильные вздохи. Подхватив небольшое зеркало, он бережно уложил его на подушку.

Следом сыщик сноровисто набросал тот самый витиеватый, таинственный символ для призыва «волшебного зеркала» Арродеса.

Глава 830 Проникновение

Зеркало, лежащее на подушке Клейна, в одночасье полыхнуло струящимся, словно вода, сиянием. Серебристые искры света зазмеились, сливаясь в ровные лоэнские слова:

— О высочайший и великий владыка, ваш верный и смиренный слуга Арродес всегда готов услужить вам!

Стоя у кровати и глядя на гладь стекла, юноша с абсолютной внешней невозмутимостью поинтересовался:

— В каком именно месте за Вратами Чаниса в соборе Святого Самуила хранится тетрадь семьи Антигон?

Сыщику позарез требовалось уяснить точные координаты заранее, дабы затем рвануть прямиком к цели и провернуть всё в кратчайшие сроки, сведя к минимуму риск любых непредвиденных осложнений.

Серебристая вязь на поверхности зеркала исказилась, перестраиваясь в новую строчку:

— Это запечатанный артефакт первого класса. Он находится на втором подземном ярусе, в правой секции. Разглядеть точнее моему взору не под силу.

Клейн коротко угукнул и изрек:

— Твой черед.

Арродес тотчас развеял серебристые буквы, и сквозь водянистую рябь проступил новый вопрос:

— Будут ли еще какие-либо приказания?