Вскоре процессия добралась до каморок прислуги. Это были два просторных, расположенных друг напротив друга помещения, густо уставленных двухъярусными койками. У каждого спального места ютились деревянные тумбы да сундуки.

Клейна внезапно пробил холодный пот — он банально не знал, в левую дверь ему шагать или в правую.

Хвала небесам, он всё-таки был «Провидцем». В столь пустяковых, не завязанных на мистику и Потусторонних забавах можно было смело положиться на духовную интуицию. К тому же в руках у него как раз удачно оказалась метла. Сделав вид, будто древко случайно выскользнуло из пальцев, сыщик исподволь провернул «метод лозоходства» и получил железобетонную наводку: ему направо.

Переступив нужный порог, Клейн умышленно сбавил темп, цепко сканируя повадки остальных. Словно попугай, он послушно пристроил метлу в угол за дверью, а затем поплелся в общую умывальную, дабы сполоснуть лицо, прополоскать рот и обмыть уставшие ноги.

Пока он нарочито медлительно приводил себя в порядок, его законное место вычислилось само собой — сиротливо пустующая койка бросалась в глаза.

Рухнув на скрипучий матрас, юноша наконец-то слегка перевел дух и беззвучно выдохнул.

Измотанные каторжным трудом лакеи отрубились на удивление быстро, и вскоре по комнате разнесся слаженный, раскатистый храп.

Клейн, чье сознание оставалось кристально ясным, едва заметными, скупыми движениями стянул «Ползучий голод». Свернув жуткую перчатку в крошечный комок, он затолкал её в железный портсигар, втиснув аккурат между медным свистком Азика и «золотой монетой Сеньора».

Время тянулось невыносимо медленно. Нервы, натянутые до предела, напрочь отказывались расслабляться, не давая уснуть. Сыщику пришлось пустить в ход «Медитацию», чтобы насильно загнать себя в спасительное забытье хотя бы на пару часов.

Распахнув глаза ровно в намеченный час, Клейн спустил с поводка «Мстительного духа» Сеньора.

Леденящая, пропитанная могильным равнодушием аура марионетки в мгновение ока слилась с царящим в комнате мраком. «Нити духовного тела» втянулись внутрь, обратившись беспросветной чернотой, напрочь лишенной какой-либо точки опоры.

«Связь не оборвалась…» — Клейн едва уловимо кивнул. Виртуозно перекидывая «Мстительного духа» сквозь блики витражных окон под потолком и отполированные до блеска каменные плиты, он довел куклу прямиком до той самой лестницы, по которой Внутренние Стражи поднимались из катакомб.

Юноша ни на йоту не сомневался: не будь Сеньор загодя пропитан той самой едкой скверной, заставившей ядро печати Врат Чаниса признать в нем «своего», тревога бы уже давно взвыла на весь храм, а от призрака не осталось бы и мокрого места.

Где это видано, чтобы какая-то нежить вроде «Мстительного духа» безнаказанно шастала под сводами монументального собора ортодоксальной Церкви!

И лишь благодаря слепому попустительству ядра печати вкупе с глушащими барьерами бумажного ангела, духовная интуиция того самого архиепископа полубожественного ранга, мирно почивающего где-то в недрах собора, так и не забила в набат!

Поднявшись на второй этаж и ориентируясь исключительно на эманации проклятой ауры, невидимый Сеньор, ведомый железной хваткой Клейна, скользнул налево, безошибочно нащупав крыло, где обитали Внутренние Стражи.

«Завтра понедельник… А в этот день недели на вахту заступает тот самый первый Внутренний Страж, что попался мне на глаза…» — Клейн, давно и досконально раскусивший их график, заставил облаченного в темно-красный камзол призрака бесшумно просачиваться сквозь деревянные створки, скрупулезно прочесывая кельи в поисках нужной мишени.

Поскольку затворников было раз-два и обчелся, он в два счета отыскал того самого старца с массивным носом, дряблой, обвисшей кожей и редкими, выцветшими до морозной седины волосами.

Сеньор молниеносно выудил металлическую пробирку со снотворным, аккуратно пристроил её поблизости и, не дав Внутреннему Стражу даже шанса почуять неладное, хищно бросился вперед, вселившись прямо в тело старика!

Погруженный в сон надзиратель не успел ни очнуться, ни оказать хоть малейшего сопротивления, как напрочь лишился власти над собственной плотью. С величайшим трудом разлепив серо-голубые глаза, он мог лишь в немом, беспомощном ужасе наблюдать, как его собственные руки непослушно и деревянно тянутся к пробирке, срывают пробку и послушно вливают в глотку неведомое пойло.

Тело старика забилось в диких, хаотичных конвульсиях. Казалось, внутри него развернулась неистовая, яростная битва двух разумов. Лишь спустя долгую, мучительную минуту мышцы окончательно обмякли, веки сомкнулись, и он вновь провалился в глубокое, беспробудное забытье.

Увенчав дело успехом, «Мстительный дух» Сеньор выскользнул из плоти Внутреннего Стража. Воспользовавшись цепью зеркальных поверхностей, марионетка в мгновение ока перескочила обратно в каморку слуг, бесследно растворившись в теле самого Клейна.