Мот с Дэном переглядываются, закатывают глаза и ржут, не скрываясь. Наталья Леонидовна молча на них смотрит, затем переводит вопросительный взгляд на Романа. Как бы спрашивает, что за хрень здесь происходит.

Мысли мечутся в голове словно взбесившиеся белки.

Чтобы сбросить настройки, Роме придется сказать «Я феерический долбоеб, и я облажался».

Причем дважды. После того, как система переспросит «Повтори, пожалуйста. Только громче и с выражением».

Внезапно становится нехорошо.

Я представляла себе толпу таких же наглых мажоров, среди которых обязательно будут бывшие Ромины подружки. А может и действующие. Но совсем не подумала о том, что это может быть его семья.

Близкие люди.

Которые слишком серьезно отнеслись к его женитьбе и приехали отпраздновать его свадьбу. Иначе зачем было заказывать кейтеринг?

И мне сейчас очень не хочется, чтобы Роман перед ними заявлял, что он феерический долбоеб и что он облажался. Даже если это примерно так и есть.

— Глаша, умоляю! — произношу громко и с выражением.

Все семейство Громовых смотрит на меня с подозрением, даже Рома. Но с потолка льется мягкий свет, и его родственники озадаченно вертят головами по сторонам.

Делаю глубокий вдох.

— Это все я, — объявляю громко.

Громовы разворачиваются ко мне.

— Это я перенастроила систему, — дальше сказать ничего сказать не успеваю, меня перебивает муж. Он выходит наперед, заслоняя меня широкими плечами.

— Соня решила сделать мне свадебный подарок, — сочиняет на ходу. — Она перепрошила систему на основе собственной модели искусственного интеллекта, которую зовут Глаша.

— Хочешь сказать, у нас в семье теперь есть собственный хакер? — Матвей заинтересованно оглядывает меня с ног до головы.

— Да там ломать было нечего, — начинаю оправдываться, — защита стояла слабенькая, ее обойти раз плюнуть.

— И как мне теперь руки помыть? — раздается из ванной скептический голос Натальи Леонидовны.

— Скажите «Глаша, сделай мне хорошо!» — отвечаю, заливаясь краской.

Боже, какое стыдобище!

— Если надо погорячее, то скажи «Даст ист фанстастиш!», — с невозмутимым видом подсказывает Роман.

Мот с Дэном дико ржут, привалившись к стене. Наталья Леонидовна молча скрывается в ванной, все так же царственно подняв голову.

— Рома! Рома, что за хуйня? Почему бачок не работает? — раздается через время ее раздраженный голос.

Мы с Романом переглядываемся, и я втягиваю голову в плечи.

Ну все. Мне конец.

— Системой зафиксированы нецензурные выражения. Вам рекомендованы исправительные чтения... — звучит ровный выразительный голос.

— Скажи «Глаша, все пропало!» — кричит Роман. Мот и Дэн со стоном сползают по стенке на пол.

— Глаша, все пропало! — звучит нервное, и за ним раздается шум сливающегося бачка.

— Это просто пиздец! — возмущенно восклицает Громова.

— Системой зафиксированы нецензурные выражения...

— Бля, Романдос... — стонет Данил, вытирая слезы, — я тоже такую Глашу себе хочу!

— Это не ко мне, это к ней, — хмуро кивает на меня Роман.

Я стою ни жива ни мертва, мечтая слиться со стенкой. Обидно так, что плакать хочется. Сама не знаю, почему.

У нас фиктивный брак. Или договорной, не знаю, как правильно. Почему тогда мне так важно, что обо мне подумают братья Романа и его бабушка?

И сама себя мысленно исправляю. Не обо мне. Мне перед Ромой стыдно. Он за меня заступился. Соврал, что это мой свадебный подарок. И ни слова не сказал, что это я назло ему сделала.

— Так, ладно, хватит ржать, — Наталья Леонидовна выходит из ванной раскрасневшаяся и недовольная. — Рома, почему у тебя в квартире так темно?

— Потому что у нас жалюзи опущены, — отвечаю вместо Романа и зажмуриваюсь.

Мамочки...

Роман поднимает руки кверху.

— Я магистр ебаной тьмы!

— Системой зафиксированы нецензурные выражения...

— Гребаной... — подсказываю шепотом.

— Сука, я сейчас сдохну, — Мот начинает задыхаться от хохота. — Романоид, почему не предупредил, что у тебя тут такое шоу?

— Я магистр гребаной тьмы! — послушно повторяет муж, и жалюзи с тихим жужжанием начинают подниматься.

Наталья Леонидовна глазами мечет в нас Ромой настоящие молнии. В это же время раздается звонок домофона.

— Это доставка и кейтеринг, — она оборачивается и жестом указывает на старших внуков. — Ты и ты. Идите открывать. А вы, — уже нам с Романом, — идите за мной.

Она буквально загоняет нас по лестнице на второй этаж и заталкивает в спальню Романа.

— А теперь рассказывай. Ты! — тычет пальцем на внука. — И не вздумай мне втирать про свадебный подарок. Наебывать будешь своих братьев. Чем ты так обидел свою жену?

Я только глазами захлопала. А Роман и не отпирается.