Этот блестящий чел предлагает им играть против их собственного клана? Братья Громовы, если не ошибаюсь, наследники Фальцоне!

Я совсем перестаю что-то понимать, хотя судя по нахмуренным физиономиям всех Громовых, они от меня в этом деле преуспели не намного больше.

— На сегодняшний день у нашей компании нет таких партнеров, с которыми я могла бы обсудить подобные вопросы, — отвечает Наталья Леонидовна после непродолжительной паузы.

— Тогда я настойчиво рекомендую вам их поискать, синьора Громова, — красивый дон чуть наклоняется к камере, и у меня создается ощущение, что он заглядывает мне прямо в мозг. — Советую взять пример с вашего внука, Роман справился с подобной задачей на отлично. Качественно и в сжатые сроки. Надеюсь, вы меня услышали. Всего вам доброго, господа. София, Роман, еще раз примите мои поздравления с бракосочетанием.

И экран гаснет.

Глава 17

Роман

Родственнички мои, наконец, съебались. Я их всех зверски люблю, но сегодня мне без них хватало нервяков и напряга.

Они уехали, а у меня чувство, будто я вагоны разгружал. Мы с Сонькой вместе закинули посуду в посудомойку, навели порядок. Она все еще шорхается по кухне, а я сижу размотанный в хлам.

Пиздец как устал, реально.

У нас в семье достаточно специфические отношения. Не каждый их поймет. И мне не хотелось, чтобы Соню кто-то задел или обидел каким-нибудь дебильным высказыванием. Или ебанутой шуткой.

Она моя жена, пусть только на бумаге. Но живем мы вместе, у нас договор. А главное, она тоже Громова, Громова София. Как Натали. Как мать.

Так что тронуть я ее никому не позволю.

Конечно я понимал, что Соню надо будет знакомить с нашей семейкой Симпсонов. Или Аддамс, кому как. Но полагал, у меня будет время ее подготовить. Хотелось прояснить, что ей нужно знать из всей этой херотени с наследством Фальцоне.

Зато теперь, если судить по тому, что Натаха позволила Соне присутствовать при разговоре с мафиозным доном, можно сделать нехуевый вывод.

Моя жена ей зашла. За брателов я не переживал, им по глубоко поебать, на ком я фиктивно женился. Ну разве что если бы я выбрал что-то откровенно забористое.

А вот Натахино признание значит немало. Я бы даже выше брал — не признание, а доверие. Уже готова доверить Соньке разработку нейро-ассистента для офиса. Значит, и в историю с Громовыми-Фальцоне Натали готова ее посвятить.

Это хорошо. Ничего не придется выдумывать, а потом еще следить, чтобы не проебаться.

Я не то, чтобы правдолюб, но и без необходимости пиздеть не люблю. Потом же приходится запоминать, что я напиздел, чтобы не встрять еще сильнее. Короче, по возможности предпочитаю говорить правду.

Расслаблено наблюдаю как жена достает из посудомоечной машины чашки и прячет в шкаф. Молчит. Ни слова, кстати, не сказала, с тех пор как Громовы отвалили. Хотя попрощались очень даже все мило.

— Сонь, — зову, она оборачивается, — если хочешь что-то спросить, спрашивай.

Похлопываю ладонью по дивану рядом с собой. Типа, чтобы рядом падала. Но она делает вид, что не понимает, и опирается задом о столешницу.

— Что спрашивать? — смотрит исподлобья.

— Что хочешь, — развожу руками. — У тебя же остались вопросы после сегодняшнего нашествия?

Она опускает взгляд, а затем внезапно вскидывает голову и выпаливает:

— Почему ты сегодня весь вечер за меня заступался?

Это звучит так неожиданно, что я тупо переспрашиваю как еблан.

— Я?

Соня благородно молчит и не сводит с меня пристального взгляда. Сразу забываю, как я заебался и сажусь ровнее.

— А что тебя удивляет? Ты теперь тоже Громова. Загляни в свидетельство о браке, там написано. Говорю же, паспорт надо поменять.

Она краснеет, отводит глаза в сторону. А меня прет смотреть, как у нее щеки горят.

— Но мы же ненастоящие муж и жена... — бормочет.

— Ты еще выйди на улицу, крикни, — обрываю ее недовольно. — Кого это вообще ебет? Ты слышала, что этот дон сказал? Что мы с тобой справились лучше всех. А ты думаешь, он не знает про наш договорняк?

— Разве знает? — несмело переспрашивает Соня. — Мне показалось, он нас вполне искренне поздравлял...

— По-твоему, он похож на лоха? — щурюсь и поднимаю бровь.

— Кто он вообще, этот дон Феликс? — Соня наконец подходит и садится на диван. Не прям рядом, но хотя бы не маячит хер знает где.

— Дон Ди Стефано, мафиозный босс. На Сицилии стоит круче всех, — объясняю то, что знаю сам.

— А почему он сказал, что он из Гондураса? — искренне удивляется она, и я валюсь на спину, угорая.