— Твоя сестра знаменитая модель! Не то, что ты... Бездарность!

Отец поворачивается ко мне.

— Анастасия, у Карины заключен контракт с известным агентством, там прописано, что она не может выйти замуж в ближайший год. А у нас с Артемием давний уговор.

— А может все дело в том, что Морозецкие недавно объявили себя банкротами? — спрашиваю с вызовом. — И ваш прекрасный жених к тому же еще полный отморозок, который просадил миллионное состояние? У него больше нет большой дорогой машины, красивого дома. И живет он черти где, в лесу.

У нас все по классике.

Я — нелюбимая падчерица, Карина — мачехина дочка, которую мой отец любит больше, чем родную.

— Все, с меня хватит! — стучит кулаком по столу отец. — Выбирай. Или ты выходишь замуж за внука Артемия Морозецкого, или они с Арсением узнают всю правду о твоей матери-шлюхе.

глава 13-1

— Рома, зачем нам ехать в ювелирку? — допытывается Соня, нервно теребя края толстовки. — Поехали в университет. Я лабораторную работу не дописала!

Поворачиваю голову, бросаю хмуро:

— Потому что я так сказал.

И обратно смотрю в свидетельство.

Там, где указана фамилия после регистрации брака, в графе «жена» свежими чернилами впечатано «Громова».

Читаю, и меня по новой прошибает.

И от слова «жена», и от того, что она Громова. Громова София.

Меня блядь к этому не готовили. Я всю жизнь с жил с тем, что у нас в семье только две Громовы — мать и Натаха. Сначала они, а потом уже мы с брателами.

И теперь вдруг еще одна Громова появляется, причем с моей подачи. Вот шибануло так шибануло. И то, что это фиктивно, никого не ебет.

Громовой же она по-настоящему будет. Не фиктивно.

Мне интересно, почему это только меня торкает? А ей что, вообще похер? Главнее какая-то сраная лабораторная?

— Соня, тебе надо будет паспорт поменять, — говорю как можно более равнодушным тоном.

— Да? А зачем? — живо интересуется она. И меня подбешивает.

Вот охуенно. Что у девчонки в голове? Она правда не догоняет, что замуж вышла, или делает вид? Цену себе набивает?

— У тебя вообще-то теперь фамилия другая, — отвечаю ровно и небрежно передаю свидетельство о браке.

— Вот же черт, — цокает девчонка с досадой. Поворачивается ко мне, спрашивает рассерженно: — Это какой идиот написал, чтобы я после замужества Громовой стала? Разве нельзя было нам остаться на старых фамилиях? Все равно через год разводиться!

— А какой идиот нам поверит, что брак настоящий, если мы на разных фамилиях будем? — не могу сдержать возмущения.

Она меня специально выводит. Прям до белого каления.

— Ладно, не ори, — говорит примирительно, — так и быть, поменяю я паспорт. Ты мне только денег одолжи, а то я пока на мели. Только ты не против, если я сэкономлю и не буду на срочный подавать? Срочный дороже.

— Какой долг, Соня? — чуть не взрываюсь. — Я дам тебе деньги, пойдешь и сделаешь себе паспорт.

— И правда, — подумав, соглашается эта невыносимая заноза, — раз ты меня в расходы вогнал, тебе и платить. Все по справедливости.

— Выходим, — буркаю, замечая, что автомобиль тормозит возле ювелирного салона, — приехали.

— Мне обязательно идти? — продолжает бесить Сонька.

— Тебе в первую очередь, — гаркаю недобро.

— Какая муха тебя сегодня укусила, Громов? — косится она подозрительно. — Что ты целый день такой психованный? Согласно мировой статистике в браке мужчины сохраняются дольше. А глядя на тебя, этого и не скажешь.

Не удостаиваю ее ответом и поворачиваюсь к подбегающим продавцам-консультантам. Вот кто умеет выслужиться! Позволяю меня окружить и разве что не облизать.

— Роман, как мы рады вас видеть!

— Роман, что желаете посмотреть?

— Роман, вы так давно у нас не были!

Соня пропадает из зоны видимости. Оборачиваюсь — ее уже умело оттеснили. Вот сучки.

— Покажите парные обручальные кольца для меня и моей жены, — объявляю громко. Делаю шаг в сторону, ловлю Соню за руку и подтягиваю к себе обратно.

Надо видеть лица девушек. Они знатно прихуели, особенно когда разглядели Соню.

Да, у меня после последних посещений явно изменился вкус. Но я не собираюсь ни перед кем отчитываться. Держу Сонину руку, поднимаю ладонью вниз.

— Вот ее размер, — говорю, — сами определите. И мой тоже.

— Вы какие хотели бы посмотреть модели? — спрашивает одна из продавцов. Она меня обычно обслуживает.

— Давайте из последних коллекций.

Нам приносят несколько лотков с обручальными кольцами. В основном все с крупными бриллиантами.

— Выбирай, — обращаюсь к Соне.

Она все это время стоит молча, только глазами хлопает. Мне абсолютно все равно, какие будут кольца, принципиально, чтобы она выбрала.

— Это обязательно, Ром? — тихо спрашивает Соня, глядя на меня почти жалобно.

— Да, — отвечаю сухо.

— Тогда вот это, — она поворачивается к витрине и показывает на тонкий ободок с бриллиантовой крошкой.