Агентство Анфиса нашла, но ведь в интернете можно написать все, что угодно. Агентство оказалось левым, и Анфиса чуть было не попала в сексуальное рабство. В день так называемого кастинга моя сестра подверглась групповому изнасилованию и кое-как выбралась из того злополучного места. Вернулась она домой во рванье, в синяках, в крови, полуживая…

В тот страшный момент я даже была рада, что мамы уже не было с нами. Не знаю, как бы она пережила этот кошмар, что случился с ее дочерью. Смотреть на страдания своего ребенка хуже, чем переживать их самой.

От Розалии не исходило никаких утешений. Она осталась в стороне. Не знаю, смогла я увидеть в ее стеклянных глазах сочувствие или мне все же показалось.

А вот отец изрядно накричал на Анфису. И плевать он хотел, что тогда ей необходима была немедленная медицинская помощь. Для него было важнее сначала прочитать свою нотацию, ведь это так необходимо. Вот только сестра сидела на диване и будто не находилась с нами в одной комнате. Она не слышала отца. Анфиса осталась в том ужасе и продолжала переживать его, прокручивать в голове и уничтожать себя за такое безрассудство. Она гналась за собственной красивой жизнью, наплевав на безопасность.

Я вызвала скорую, я находилась рядом с ней, и я утешала ее. Но после Анфиса словно забыла об этом. Она возненавидела не только себя, но и всех вокруг, включая и меня. Будто я должна была предвидеть эту жестокость и остановить ее в тот вечер. Она абстрагировалась от себя, от мира и от людей. Замкнулась в себе и никого не подпускает. А отец больше не дергает ее, практически не разговаривает с ней, не скрывая своего отвращения к собственной дочери…

Это еще раз доказывает его холодное и безразличное отношение к нам.

Тяжело наблюдать за тем, как родной тебе человек медленно иссыхает, а ты не в силах остановить это медленное самоубийство. Возможно, таким образом жизни Анфиса желает наказать, проучить себя. Она словно заложила в себе установку, что не имеет право жить как нормальный человек.

Я хочу ей помочь, но понятия не имею как, ведь Анфиса всех отталкивает. Тяжело помочь тому человеку, который не ждет помощи и не ищет ее.

Я приняла душ и привела себя в порядок, учитывая погоду за окном. Солнце светит высоко и горячо. По телевизору передают, что в тени уже +26. Я мерзлячка, но такая жара для меня испытание. Я сразу же надела свой любимый раздельный купальник розового цвета и легкое зеленое платье до середины бедер на бретельках. В Ейске в летнее время другая одежда точно не понадобится. Я специально, перед отъездом, запаслась только такими платьями, шортами и майками. Волосы собрала в высокий пучок, вытаскивая передние пряди, чтобы они обрамляли мое лицо. Собрала в шоппер необходимые вещи: полотенце, крем от загара, скатерть для пикника, кошелек с отданными сестрой деньгами.

Мы с Ксюшей договорились встретиться в парке и поехать на пляж.

Мне придется быть экономной, прежде чем я найду работу и буду обеспечивать себя сама. Будет тяжело совмещать с учебой, но иного выхода у меня не наблюдается. Папенька устроил для меня настоящие игры на выживание.

Я спустилась вниз, скользя рукой по вычищенным до блеска перилам. Там наткнулась на тишину и увидела лишь горничную в гостиной, которая старательно протирала подоконники и большие окна. Кажется, отец построил в этом маленьком городке самый большой дом и любой прохожий уже знает, кому он принадлежит.

— Добрый день. А где хозяева? — полюбопытствовала я.

Женщина обернулась на мой голос. Я не знаю, как зовут тех, кто помогает по хозяйству и готовит еду, просто бы не запомнила, ведь эти люди меняются здесь каждый сезон.

— Они еще утром уехали в Краснодар, — осведомила меня добрая женщина.

Я кивнула и зашагала к выходу.

Наверняка это Розалия потащила отца в цивилизацию, отвлекая его от работы, чтобы развлечься. Еще при жизни мамы мы постоянно приезжали сюда, чтобы отдохнуть от шума и людей, чего в Москве навалом. Отец работал в тишине, а мама его не отвлекала, занимаясь мной и Анфисой.

А эта вертихвостка думает только о себе. Ей же скучно, ее всегда необходимо развлекать, иначе надутая кукла сдуется.

Ненавижу ее до скрежета зубов.

Тем лучше, что их нет. Я смогу спокойно провести свой день и не лицезреть тех, кто портит каждую секунду моей жизни.

Я нашла подругу на скамье под деревьями. Она махала перед собой веером и, кажется, медленно погибала от жары.

— Привет. Как тебе в Ейске? — с издевкой спросила я.

— Очень жарко. Мне кажется, я таю.

Я посмеялась сравнению Ксюши и помогла ей встать со скамьи, потянув за руку.

— Я вызову такси, — предупредила она. — Куда нам, гид?

— Пляж «Молодежный», — осведомила я подругу. — Там меньше всего туристов, поскольку с детьми этот пляж посещать неудобно.

— Почему? — поинтересовалась Ксюша, не отвлекаясь от приложения «Uber».

— Там места для купания очень мало, да и не особо безопасно.

Ксюша подняла на меня настороженный взгляд.