Нина застыла, а у Фло по спине пробежал холодок.Нет, только не это!

Кто-то несколько раз продёрнул цепь сквозь ручку деревянной створки, и Фло отчётливо услышал, как защёлкнулся замок. Лаз закрыли. Выбраться из этого дома больше негде.

— И что теперь? — выдохнула Нина.

— Слезай и спрячься где-нибудь в подвале. Телефон у тебя есть?

— Нет, уже нет…

Фло сунул ей в руку свой.

— Будешь подсвечивать. И вызови «скорую»! А потом — полицию. Скажешь, где находишься и что слышала выстрелы. Мне пора наверх!

Он развернулся, пересёк комнату, пробежал по коридору и поднялся по ступеням. Приоткрыв дверь, заглянул в холл.

Фон Коттен, эта мразь, стоял с двустволкой на сгибе локтя, склонившись над Эвелин. Та корчилась на полу, обхватив живот. У Фло сжалось сердце.

— С такой пулей в животе вы будете медленно истекать кровью изнутри и в конце концов умрёте, — холодно произнёс фон Коттен. — Скажете, где девчонка? Тогда я вызову «скорую».

— Иди к чёрту… — выдавила Эвелин.

Фло уже собирался броситься на фон Коттена сзади, повалить и отнять ружьё, но в последний миг отпрянул: снаружи в замок входной двери вставили ключ.

Он замер и снова отступил в темноту. Взгляд метался — то на Эвелин, корчившуюся на полу, то на дверь. В дом вошёл мужчина с фонариком. Не Верман.

Этого человека Фло видел впервые, но, судя по форме, перед ним был, шофёр фон Коттена.

— Я же велел вам стоять снаружи и смотреть, не приближается ли кто к участку, — рявкнул фон Коттен.

— Я и смотрел. — Шофёр мельком взглянул на Эвелин, но никак не отозвался на то, что у него на глазах умирает человек. — Никого не видел.

— Тогда что вы тут делаете?

— Когда я приставлял лестницу к стене, заметил, что лаз в угольный подвал открыт. Кто-то снял висячий замок и продёрнул цепь сквозь ручки. Я запер створку и быстро пошёл в дом. Похоже, визит того полицейского был отвлекающим манёвром, чтобы кто-то…

— Какое блестящее умозаключение. — Фон Коттен кивнул в сторону кухни. — Девчонка сбежала. Найдите её. Далеко уйти она не могла. Но сначала перегоните машину Пуласки на заднюю сторону участка.

— Но как мне завести…

— Пять лет тюрьмы — и вы не сумеете замкнуть эту тачку? — рявкнул фон Коттен.

Да уходи же ты наконец! — мысленно поторопил его Фло.

Шофёр наконец вышел, и, едва дверь захлопнулась, Фло резко двинулся вперёд. На последних метрах он уже не пытался ступать бесшумно.

Фон Коттен расслышал за спиной шорох и обернулся, но Фло был уже рядом и ребром ладони ударил его по гортани. Хрипя, фон Коттен рухнул и выронил ружьё. Фло отшвырнул его ногой, и оно с грохотом проехало по плитке.

Затем он склонился над Эвелин и приподнял пропитанные кровью свитер и блузку. Пуля, к счастью, вошла не в середину живота, а сбоку, в бок. Судя по месту попадания, ни брюшная аорта, ни внутренние органы, похоже, не пострадали. Куда больше его тревожила рана на ноге — оттуда хлестало гораздо сильнее.

— Лежи, не вставай, — сказал он. — И не вздумай отключиться. — Он легонько похлопал её по щеке. — «Скорая» уже едет.

С улицы донеслось, как завёлся и отъехал автомобиль. Краем глаза Фло заметил, что в нескольких метрах от него фон Коттен, хрипя, стоит на коленях, держится за горло и косится на ружьё.

— Давай, сделай милость, попробуй дотянуться до ствола, тварь! — рыкнул на него Фло.

Фон Коттен не шевельнулся.

Сверху донёсся какой-то шорох.

Фло поднял голову и увидел двух женщин, замерших у балюстрады лестницы. Маленькая полноватая дама в кухонном фартуке и медсестра в белом халате.

— Виктория, оставайтесь наверху! — прохрипел фон Коттен. — Не смейте ей помогать!

— Ей этого и не нужно. — Фло выдернул из брюк ремень, перетянул бедро Эвелин выше раны и придавил рану основанием ладони. Артерия, скорее всего.

Эвелин попыталась что-то сказать, но он перебил:

— Береги силы. Ты выкарабкаешься. Так, царапина, ничего серьёзного, — намеренно преуменьшил он, хотя штанина уже насквозь пропиталась кровью.

Главное — удержать её в сознании.

— Смотри на меня!

И тут он услышал, как кто-то открывает дверь.Шофёр? Так быстро? Фло обернулся — и в дверном проёме увидел Вермана: в чёрной ветровке, с фонариком в руке, тот стоял на пороге и обводил взглядом холл.

Фло метнулся к тому месту, где валялась двустволка. Верман выронил фонарь и тоже рванул вперёд.

Фло успел схватить ружьё, рывком вскинул, прицелился и нажал на спусковой крючок. Но Верман уже отвёл ствол рукой в сторону. Заряд ушёл в потолок. Фло попытался свалить его ударом по почкам — но не успел даже развернуться: удар пришёлся ему самому. В шею. Тело словно парализовало.

Чёрт! А старик-то не промах.

Ружьё выскользнуло из рук, дышать стало почти нечем. Реакция у Вермана, оказалась такой молниеносной, что Фло только теперь сообразил: тот уже выхватил из-под куртки пистолет и прижимал к его виску ствол с глушителем.