— Насть, — прервал он меня, — мне сейчас немного не до разговоров. Давай до места доедем, окей?

И я замолчала, проглотив все свои дальнейшие расспросы, а их была масса. От банального: как ты так ловко научился водить машину, до сложных: впервые ли ты стреляешь в людей.

И хорошо, что ничего не спросила больше. Чуть-чуть выдохнув и поразмыслив, я поняла, что ни один из этих вопросов не был сейчас актуальным.

Мне надо было знать совершенно другие вещи: куда мы едем, в итоге, как долго это продлится и как скоро нас спасут.

На эти вопросы, кроме, пожалуй, первого, Сандр ответов мне дать не мог.

Потому остаток пути мы проехали в молчании.

Сандр был очень сосредоточен на вождении, а я… Я испуганно замирала каждый раз, когда казалось, что машина слишком сильно разгоняется, или внезапно на дороге появлялся пешеход, или мы резко сворачивали в очередной проулок.

И думала о том, что сейчас моя жизнь и жизнь маленького ребенка — полностью в руках другого ребенка! Тоже не особенно большого! Но способного на множество вещей, как оказалось. Ребенка, который по сосредоточенности и хладнокровию фору многим взрослым мужикам даст! Я на мгновение представила, как бы себя повел в такой ситуации кто-то из моих коллег… Например, тот же Авдеев. И невольно улыбнулась. Это был бы треш…

Или, например, кто-то из моих однокурсников… Как ни старалась, не могла никого из них даже представить в подобный момент.

Мы выехали на трассу, Сандр выдохнул, чуть ослабил пальцы на руле.

— Теперь по прямой пару километров.

— А там точно не найдут? — все же решилась я задать вопрос, раз уж со мной снова разговаривают.

— Нет. О том доме знают только отец и Петрович. А они не сдадут, даже если пытать будут.

Тут Сандр нахмурился, а я холодным потом облилась, когда поняла, что такой расклад тоже вполне возможен!

Задохнулась, сердце застучало, а Сандр, покосившись на меня, сказал:

— Не переживай. Отец в норме. Иначе бы мы не вышли из дома.

— Это… Вдохновляет… — только и смогла выдавить я.

— Отец умеет делать работу над ошибками. В прошлый раз непредусмотрительность лишила семью одного из самых серьезных бойцов. Отец переживал долго.

— Ты про брата его говоришь? — уточнила я, радуясь, что Сандр хоть чуть-чуть начал оттаивать и говорить со мной.

— Да, прикольный был. Я его помню хорошо. Его застрелили. У него была семья. Жена и сын. Они пропали, только машина, кровью залитая, осталась. Отец до сих пор их ищет.

— Боже… Как же вы живете в этом? — вырвалось у меня прежде, чем смогла прикусить язык.

А Сандр покосился на меня и усмехнулся:

— Теперь ты знаешь, как.

— Я тут ни при чем. Я вообще случайно… — торопливо покачала я головой, не собираясь даже примерять на себя этот треш.

А Сандр, снова усмехнувшись, кивнул:

— Ага… Верь в это…

________________________________

Глава 18. Примерно пятнадцать лет назад. Тихое место

— Тут тихо, — сказал Сандр, тормозя перед неприметным забором в частном секторе на окраине города. — Неси Савку в дом, я сейчас ворота открою.

Я послушно отстегнула мирно сопящего Саву, аккуратно вынула его из кресла.

Он сонно чмокнул губками, обнял меня за шею и продолжил спать. Боже, спасибо тебе за эти маленькие милости! Ребенок ничего не видел, не испугался, спит. Это ли не счастье?

Пока я возилась с Савой, Сандр открыл ворота, запустил нас в очень даже ухоженный дворик, потом я подождала, пока он загонит машину и закроет все.

Ключ от дома Сандр взял из потайного места, сбоку от крыльца.

— Вон туда его неси, там комнаты с кроватями. И детская есть. Вторая дверь.

Я отнесла Саву в детскую, уложила в кровать с бортиками, мимолетно удивившись тому, что все было очень чистым, ухоженным. Ни пыли, ни признаков запустения.

Очевидно, что за домом хорошо следили.

Укрыла Саву легким одеяльцем и вышла, аккуратно притворив дверь.

Вернулась обратно в большую кухню-гостиную, с которой и начинался дом.

На диване нашла Сандра.

Он сидел и смотрел… на пистолет. Тот самый, из которого стрелял сегодня.

Смотрел, не отрываясь, и лицо у него было такое, что я испугалась.

Тихо, но так, чтоб он понял, что уже не один, подошла, села рядом.

Сандр покосился на меня, выдохнул. И как-то так у него это получилось, длинно, с тихим хлипом, что у меня сердце заболело.

Я потянулась и обняла его. Просто повинуясь порыву. Наверно, рисковала, потому что Сандр — не из тех, кто любит нежности, но сейчас он как-то неожиданно превратился для меня из сверхчеловека, хладнокровного, все просчитывающего, умеющего защитить, не колеблясь, в того мальчика-подростка, которого я видела в нем до этого: одинокого, потерявшего маму, отчаянно пытающегося бороться с этим гребанным миром.

Он был в смятении, растерянности и шоке.

И я обняла его.