Последние слова звучат язвительно. Я тяжело сглатываю. Нужно распутать запутанный клубок, прояснить ситуацию, чтобы никто не находился в подвешенном состоянии. Надеюсь, это произойдет, когда Артур вернется.

— Точно не мой, — говорю. — У меня нет парня. Я ни с кем не встречаюсь. Тебе об этом известно.

Юля крепко держится за кухонную столешницу. Как будто ноги ее не держат, и она может упасть. Я замечаю, что бледный лоб подруги покрылся испариной.

— Тебе жарко? Открыть окно?

— Да, пожалуйста, — она приваливается к кухне спиной. — Что-то мне нехорошо.

Я открываю нараспашку одну оконную створку. С улицы дует порыв теплого летнего ветра. Я и сама с наслаждением делаю глубокий вдох.

— Мне нужно поговорить с Артуром, — произносит Юля заплетающимся языком. — Но его нигде нет. В соцсети не заходит, номер телефона недоступен, на смс не отвечает. В больнице мне сказали, что его перевели в другую больницу, но не говорят, в какую. Он как сквозь землю провалился. Хоть снова иди заявление пиши о его исчезновении.

Я все же сажусь на стул лицом к Юле. Ее пухлые розовые губы слились по цвету с бледно-землистой кожей лица.

— Я не знаю, чем тебе помочь, Юля.

Я ненавижу себя за эту ложь. Я ненавижу себя за то, что не имею сил честно признаться Юле в том, что произошло между мной и ее парнем. Я ненавижу всю эту ситуацию, которая сложилась между всеми нами.

— Я подумала, может быть, ты с ним общаешься?

Я отрицательно качаю задеревеневшей шеей. И снова ненавижу себя за ложь.

— Мне нужно с ним поговорить. Это очень важно.

Юля так произносит слова, как будто знает: я могу передать Артуру ее просьбу.

— Я думаю, Артур появится, и вы поговорите. Что-то случилось?

— Да.

У меня внутри все леденеет от ужаса.

— Что-то плохое?

Юля неопределенно ведет плечами.

— Не знаю… Смотря как посмотреть…

— Не хочешь рассказать мне?

Юля снова сканирует меня внимательным взглядом, словно взвешивает, достойна ли я ее доверия.

— Это касается только меня и Артура. Это только между нами двумя.

— Раньше ты не скрывала от меня ничего из того, что касалось только тебя и Артура.

«Даже в деталях описывала мне всю вкусовую гамму его спермы», добавляю мысленно, но вслух не говорю.

— Раньше ты не исчезала с ним на три недели в неизвестном направлении.

— Если ты думаешь, что мы с Артуром находились на курорте, то это не так.

— Я понятия не имею, где вы находились, а ты не хочешь рассказывать. Ты три недели где-то пропадала с моим парнем и ведешь себя так, как будто это в порядке вещей!

Юля перешла на крик. У нее дрожат бледные губы, а глаза налились слезами. Она правда думает, что мы с Артуром где-то отдыхали?

Я снова поднимаюсь на ноги.

— Ты понятия не имеешь, через что я прошла, — выдавливаю из себя злым шепотом и чувствую, как мои глаза тоже становятся влажными.

Похищение. Подвал. Цепь. Угрозы. Порно. Убийства. Побег. Пожар.

Я и Артур — первые, кто выбрался живыми из подвала. У нас не было даже надежды на спасение. То, что я нахожусь дома на своей кухне, целая и невредимая, — настоящее чудо.

— А ты понятия не имеешь, через что я прохожу сейчас.

— И через что же ты проходишь? — иронично бросаю, потому что внутри закипает злость. — Артур не звонит? Ну это, конечно, трагедия вселенского масштаба.

Юля смотрит на меня как на врага народа. Я обхватываю себя за плечи, чтобы хоть как-то защититься от ее враждебного взгляда.

— Я совершила ошибку, когда проколола в клубе презервативы, — внезапно произносит. Я удивленно хлопаю глазами, не понимая, к чему она это сейчас. — Я жалею об этом, но прошлого уже не вернуть.

— Ты это сейчас к чему?

У меня резко появляется ощущение надвигающегося цунами. Клянусь, я чувствую, как под ногами дрожит пол.

— Я беременна.

Глава 14. Галлюцинации

— Что?

Я вроде четко услышала слова Юли, но не могу в них поверить.

— Я беременна, — повторяет громче, и я слышу, как надламывается ее голос.

— Но как…? Артур же выбежал за мной из машины…

— Когда он за тобой выбежал, это был уже второй секс. Артур никогда не ограничивается одним разом. Я много раз тебе рассказывала.

Я отшатываюсь назад, пока не упираюсь ногами в стул. Плюхаюсь на него без сил. По бледному Юлиному лицу бегут слезы. Она смахивает их с щек и шмыгает носом. Я мысленно возвращаюсь в ту ночь в клубе. Я отчетливо помню, как Артур и Юля ушли из ложи, держась за руки. А потом их не было полчаса. Я смотрела на часы каждые несколько секунд, гадая, где они уединились: в туалете клуба или в автомобиле Градова. Минуты сменяли друг друга на экране телефона, пока ровно через полчаса я не выдержала и не вскочила на ноги. Потом где-то еще пять-семь минут у меня ушло на то, чтобы попрощаться с друзьями, пробраться к выходу сквозь дергающуюся толпу на танцполе, забрать плащ из гардероба, одеться и выйти.