— Я не знаю много о Системе Божьей. — покачал головой Тираэль. — Здесь несколько иная сфера деятельности. Я, хоть и был Серафимом, более выступал как телохранитель госпожи Габриэль, и воин, нежели исследователь или архитектор системы, что поддерживали её работоспособность в мелочах, на которые Богу незачем распределять внимание. О боевых Святых Механизмах я кое-что ведаю, но у этой девы нечто воистину особенное.

— Однако, какая нам интересная особа попалась... — задумчиво откинулся я на спинку стула. — Особенность на особенности. Привлечь внимание сначала двух небезызвестных воинов людей, воплощающих слово необычность, затем целый Архангел Михаил, следом бывший ангел, воплощающий слово необычность... Однако...

Такое ощущение, что Жанна была героиней какой-то книги или чего-то подобного. Столько внимания, да ещё и Тайная Сила имеется... Ну, всё ещё лучше чем Иссей. Сложно представить, что там будет хуже, чем Иссей, да.

Следом разговор продолжился.

Нас интересовало, чем жил Тираэль всё это время, его мнение о смерти Библейского Бога... Ну и своей жизнью тоже делились. Бывший ангел, как и мой соученик, не были с нами особо близкими друзьями, но мы всё равно не забывали о них. Хотя и не сближались сверх всякой меры. Ибо такова, как бы пафосно это не звучало, судьба властьимущих. И хотя под нашим правлением были фактически только Земли Теней, где даже население было только в замке и очень ограниченно, в этом мире личная сила давала власть не меньшую, да...

А удары через слишком близких к нам людей будут слишком чувствительны как для нас, так и для будущего, опять же, пафосно, всего мира. Ибо Трихекса... Трихекса и те, кто придут за ней, висят над нами Дамокловым мечом. Ненавижу подобные сюжеты о спасении мира, но реальность меня спрашивать не собиралась, да...

Вздохнув, я отвлёкся от тяжких мыслей, вернувшись к расспросам Ангела о нынешней Церкви, за которой он наблюдал, пока мы были в Азии...

***

На следующее утро.

Жанна.

Она ступала по ступням, которые шли к стоящему на возвышении Замку Шинон. Построенный около пяти столетий назад, он пережил довольно долгую историю, полную разных вещей, включая даже заключение Тамплиеров.

Все эти знания ей даровали её учителя, оказавшиеся древними героями людей, издавна сражавшиеся за человечество. Мир оказался гораздо больше, чем казалось простой крестьянской девочке. И она прекрасно помнила собственную реакцию... И не желала, чтобы о столь многом узнали простые люди. Их счастье, увы, в неведенье. И если, аристократы да монархи, хоть и уязвятся... Но смогут принять новые условия... Простые крестьяне... Будет такая паника, коли все узнают о существах, могущих уничтожать города и даже государства... Нет.

Она была обязана защитить их, пока они не будут готовы... Если будут готовы.

В этом свете её защита Франции прекрасно вписывалась в сию доктрину — ведь Англичанам пособничали демоны, а сими землями правили люди, даже если они были несовершенными. Она не питала ненависти к самим англичанам — в конце-концов, они такие же люди, и не они решали, не они подпали под чары демонов. Лишь отдельные властолюбивые личности.

Но как говорил Сетанта, жалость не должна помешать их освобождению от чужого влияния. Возможно, семена, посеянные демонами, не исчезнут. Англия и Франция продолжат воевать. Но никогда более не будет такой кровопролитной войны, разрушительной прежде всего для простых людей. Сколько было ограблено и вырезано фуражирами ради продолжения войны? Обе стороны отличились.

Поздно кого-то обвинять и выискивать виновника.

Пора было разрубить этот гордиев узел.

— Вы кто такая? — раздался голос стражника, вырвавший Жанну из мыслей и планов.

В ответ она посмотрела на него... И одного лишь взгляда, схожего с учительницей Скатах, хватило мужчине чтобы шумно сглотнуть и побледнеть. Он уже знал, кто она такая. Ведь всё раннее утро она общалась с горожанами, используя все те ораторские навыки, которые ей привили учителя... И всего лишь с их помощью более эффективно раскрывая свои мысли. Мысли, которые нравились слишком многим — ведь были крайне горячей новостью.

И несомненно, дошли до дофина, являвшимся законным королём, просто... Не имеющем достаточно смелости. Пока что.

— Моя имя — Жанна. Я пришла говорить с уважаемым дофином Карлом, истинным наследником престола благословленной Франции. — чётко, ясно, без всяких запинок или промедлений продекларировала обладательница косы светлых волос. — И насколько мне известно, нет такого закона, запрещающего мне получить у него аудиенцию. Даже если бы уважаемый дофин был бы королём.

На деле это было бы невозможно в обычной ситуации. Стража бы просто арестовала простолюдина якобы за нарушение дворцового этикета, и тот ничего бы не смог сделать. Но сейчас? Когда Франция проигрывает? Когда её земли деморализованы? Когда король решил не короноваться, а просто скромно назвался дофином и правит югом государства? Когда за ней стоят воины, не позволившие её арестовать.

— Но... — вновь попытался возразить стражник по взглядом как самой девушки, так и сопровождающих её воинов и братьев. Людей достаточно отчаянных и сильных, готовых последовать за ней.