— Да, пожалуй... Пожалуй, стоит объяснить сразу причину, по которой я не умерла, мой ученик. — едва слышно хмыкнула женщина, чья грудь наполовину была видна. Но не то чтобы это её смущало, да. — Начну издалека, для более подробного пояснения... Я убила девять богов, около пятисот падших ангелов и более трёх тысяч демонов, несколько обычных ангелов, сто двадцать девять драконов, девятнадцать особо сильных чудовищ, ну а количество всех более слабых монстров и тех же людей я и вовсе не упомню. При этом я не обладала божественным происхождением, подобно тебе, сын Луга. Поэтому к концу своей долгой жизни я оказалась на полпути к тому, чтобы стать кем-то вроде извращённого подобия божества — посмертные проклятья убитых мною исказили не просто моё тело, но даже саму мою бессмертную человеческую душу. Но даже это не всё — тогда меня всё ещё было возможно убить. Но потом... Потом я убила Курруида, того, кто ради своего неутолимого желания убивать даже причину со следствием изволил поменять местами...

— И... — слегка подтолкнул я диалог, когда молчание затянулось.

— И он тоже проклял меня со своей гибелью. Пожертвовал остатками своей жизни, когда понял, что я его вскоре убью. И поменял причину со следствием для факта моей смерти — навсегда. Сама моя смерть является причиной, а следствием будут те действия, которые повлекут меня к гибели. А как ты понимаешь — это логический тупик. — уже куда шире усмехнулась она. — Любые действия, которые приведут моё тело к гибели, будут считаться реальностью как следствие... Но следствие не может существовать без причины. А так как до этих действий, до этого следствия — не было причины, то есть моей смерти из-за этих же действий, реальность принудительно вернёт меня к исходному состоянию... Словом, сначала должна наступить моя смерть, а только потом действия, к которые к ней привели. А не наоборот. Это сложно, не спорю. Но отчего ж подобные фундаментальные константы должны быть просты для понимания и описания? Так что, ученик, я уже не могу умереть, как обычный человек. Мне не заслужить ни красивого конца, ни ужасной погибели. Мне остаётся лишь продолжать влачить своё существование, пока весь этот мир вместе со своей изнанкой не канет в лету...

— Впечатляет. — пробормотал я, отчаянно тряхнув головой и пытаясь унять боль по всему телу. Безуспешно, разумеется.

Отчего пришлось даже совсем не круто пошатнуться и едва не грохнуться на пятую точку.

— Не особенно. — покачала головой женщина, осторожно подхватив меня и не позволив упасть. — Ведь по началу я даже хотела себя убить, осознав, что все мои знакомые умрут раньше меня... И новые знакомые... И новые, пока я наконец не отдалюсь от своих сородичей, от людей — окончательно. — поделилась своим весьма интересным опытом наставница, но мне немножко было не до этого. Голова раскалывалась. — Я даже бросала вызов сначала Красному, а затем и Белому. Проиграла обоим, естественно. Разница в наших силах была слишком велика, к тому же они всё-таки сильнее Курруида... И знаешь, ученик, название этих драконов абсолютно верно — пытаться их убить это всё равно что пытаться поразить своим копьём целое небо. Но после, казалось бы, полного уничтожения тела... Я вернулась вновь. Вновь. И вновь. Восстала из мёртвых. Ведь даже Небесные Драконы подчиняются закону причины и следствия — и если бы Курруид додумался применить своё проклятье на себе, а не на мне — его смерть была бы недостижима даже для Небесных Драконов.

— Тем не менее, пока я тут в обморок не грохнулся... Что произошло-то? — пробормотал я, коснувшись левыми пальцами левого виска. Больно башке, однако ж...

— Как ты уже знаешь, эти копья меняют причинно-следственную связь. Но дело в том, что ни одно из них в своей базовой форме недостаточно сильно, чтобы перебороть то проклятье, в которое столь могущественное существо как Куррид — вложило свою душу и остатки жизни. — покачала головой женщина, отзывая своё копьё. — Оттого тебе банально не хватило грубой мощи, чтобы меня убить. Для этого нужно что-то, что ещё сильнее ломает законы реальности, и вместе с тем, имеет одинаковую природу. То, что ты сейчас почти успешно применил, мой ученик... Крушитель Баланса, как его будут называть в будущем, после гибели Библейского Бога. — заявила она, пока я мысленно впечатлялся её навыкам прорицания... В перерывах между приступами головной боли. — То, что является ошибкой в системе мироздания, то, что нарушает привычный порядок дел. И по иронии, мне эта сила недоступна. Во-первых, потому что остатки сущности Курруида никогда не позволят с их же помощью развеять их же проклятье. Во-вторых — тебя, в отличии от меня... Что-то роднит с остатками сущности этого зверя. Что-то за пределами даже моего понимания. Вам обоим смерть ближе, чем мне — той, кто бесконечно далека от неё.

О как...

Неужели тут моя смерть и попаданчество сработали? Или смерть самого Кухулина, после которой я вселился в его тело? Определённо что-то из этого.*

* — ещё сыграла роль неосознанного благословления Офис, которое она демонстрировала в каноне, спокойно улучшая удачу персонажей, пробуждая расовые силы и так далее. Небольшой спойлер, да.