Верхнюю часть тела выше пупка Левиафан просто-напросто... Расплескало водой по округе.

Оставшаяся часть её организма принялось падать на землю, рухнув и расплескавшись об песок новой порцией воды.

Песок, что следом, буквально через мгновенье, был вынужден столкнуться со всеми теми тысячами, десятками, сотнями тысяч тонн воды, которые рухнули вниз без контроля Левиафан.

Это напоминало настоящий потоп.

Чтобы не быть смытым прочь, мне пришлось вонзить Гаэ Болг глубоко в и так мокрый песок, сцепив зубы и с недовольным рычанием задержать дыхание.

Ведь воды было столько, что она накрыла меня с головой, по-прежнему обжигая — из-за потери контроля вода Левиафан не очистилась от демонической силы, слишком агрессивной для иного воздействия.

— Буль... Тьфу! — выплюнул я ошпарившую слизистую рта жидкость, когда вода наконец-то планомерно распределилась по берегу и частично ушла обратно в океан.

Полагаю, некоторое время рыбачить здесь будет нельзя — подобно какой-нибудь радиации, демоническая сила убьёт всё живое на долгое время, пока её не очистят Святой Силой или она сама не рассеется в Средиземном Море без какой-либо дополнительной подпитки.

Тем не менее, хоть и промокнув до нитки, хоть и ощущая, как капли воды обжигают раны, причиняя ещё больше ран моему истерзанному телу, я более-менее пришёл в себя от Риастрада и помотал головой... Чтобы вместе с приземлившейся рядом Скатах обнаружить, что в месте падения остатков Сатаны...

Вода вновь принялась формироваться в её фигуру.

Смотреть на это всё лишний раз мы не стали.

И принялись наступать вдвоём.

Тотчас же рванув вперёд, с разницей в миллисекунды впечатывая свои ступни в воду и мокрый песок, взметая тот во все стороны своей физической силой.

И оттого оказавшись рядом с Сатаной ровно в тот момент, как она, пошатываясь, закончила формировать своё тело из воды.

И тут же распахнула глаза, когда мы со Скатах синхронным ударом правой (с моей стороны) и левой (со стороны женщины) ног влетели в белобрысое и смуглокожее лицо распахнувшей глаза демоницы — помня о том, что удары Гаэ Болгами бесполезны, а вот расплескать жидкость ударом конечностей должно получиться... Однако к нашему удивлению, вместо воды под своими ногами мы в кое-то веки встретили плоть.

Плоть, что хрустнула под таким синхронным ударом, откидываясь прочь с ощутимым хлопком.

Не тратя время на удивления и переглядывания, мы сделали новый синхронный рывок за отлетевшей Сатаной. И не до конца поверив в происходящее, да закономерно подозревая в этом ловушку не глупой демоницы, мы вместо ударов Гаэ Болгами врезали ей кулаками.

Конечности разбили на своём пути слабенький водяной щит и вновь влетели в тело Левиафан.

Мой правый кулак ей в лицо — и левый кулак Скатах в солнечное сплетение.

И вновь вместо воды встречена была нами плоть её.

— Кха-а-а... — успела кашлянуть она, прежде чем отлететь прочь.

Но в этот раз мы не стали за ней гнаться.

— Гаэ... Болг! — синхронный, отработанный до автоматизма, двойной восклик со Скатах последовал сразу же.

Сатана вновь всплеснула к тому времени руками ещё в полёте после нашего удара, и вся не успевшая впитаться вода резко поднялась в воздух, показывая нам, что где-то около трети сил у Сатаны всё ещё оставалось. Чудовище чудовищем... Но опоздавшее чудовище.

У которого всё ещё было достаточно боевой силы, чтобы нас прикончить... Но не чтобы от нас защититься.

В её груди в области сердца появилось сразу две дыры, мгновенно разорвавшие важнейший орган и хлестнувшие долгожданной кровью.

А потом реальность, вынужденная залатывать причинно-следственную дыру, само вонзило наши копья в сердце демоницы, утянув за собой наши тела и пробив водяной барьер в который раз.

— Нехекхкх... — прохрипела она, когда мы очередным синхронным движением вогнали копья ещё глубже, прямо приблизившись в упор.

— Какая живучая... — оскалился я в лицо захлёбывающейся кровью демоницы, что выпустила крылья и попыталась ими дёрнуть.

— Её голова будет хорошим трофеем Фердиаду за всё, что он натерпелся. — хмыкнула Скатах, призывая в другую ладонь то же световое копьё, которое использовала, маскируясь под Валькирию. — Но перед этим должны отыграться мы, не так ли, тварь Господня?

В ответ на слова моей спутницы жизни ослабленная Левиафан дёрнулась. Упоминание Бога в таком состоянии причиняло ей боль, в отличии от обычной ситуации, когда вознесённые из Падших демоны, да такой силы, в целом плевать хотели на упоминание Библейского.

Но не сейчас.

— Знаешь, а ведь разговор с Богом... — нарочито медленно проговорил я. — С Богом.

— Богом.

— Богом.

— Бого-о-о-ом~...

Мы продолжали поминать Бога раз за разом, добивая умирающую Сатану столь забавным способом. И впрямь, просто обезглавить её было слишком просто.

Не знаю, сколько это продолжалось.