...Помассировав виски, я направился обратно в покои, выделенные нам со Скатах в королевском дворце Камелота, где ещё даже знаменитый Круглый Стол не собран.

И в них меня уже ожидала Скатах, лежащая на кровати и о чём-то явно сильно задумалась, ведь глядела прямиком через меня, а не на меня.

— Дорогая? — полюбопытствовал я, приземлив свою пятую точку рядом с ней.

— Я задумалась. — поиграла в капитана очевидность женщина. — Мерлин ведь знает о нашем плане, пусть и не во всех деталях. И о том, что Артур в конце-концов в итоге должен будет умереть — ведь должны появляться новые и новые пользователи Святых Механизмов. Но всё равно не предпринимает каких-либо мер к продлению его жизни...

— И тебя это так волнует? — посмотрел я на неё сверху вниз с вскинутыми бровями.

— Я сама об этом задумывалась, когда размышляла над возможностью наших отношений. Ведь до того момента, как я узнала о Змее Офис, я знала, что ты рано или поздно умрёшь от старости... И если я тогда смирилась с этим фактом, то вот Мерлин... Не уверена. — покачала головой Скатах. — И как бы её любовь не испортила весь план по спасению нашего бренного мира...

— Будем надеяться, что она окажется благоразумной. — пожимаю плечами. — Если же нет... Мир всё равно важнее любой истории любви, даже, пожалуй, нашей собственной.

— Раньше ты был более эгоистичен. — заметила лежащая, перекатываясь на спину.

— Ну так... Если мир падёт, нас тоже не будет. В такой ситуации лучше уж спасти хотя бы не себя, а других... Хотя это и заставляет скрипеть мой несчастный мозг, привыкший плевать на всё и вся кроме самых близких людей. — вздыхаю я, почесав пальцами лоб. — Но довольно философских разговоров. Осталась неделя до войны, покуда Вортигерн приведёт саксов к окончательному расселению на землях Кента и сможет выдвинуть их мужчин вместе с основной своей армией.

— И отойдёт от последнего проклятья Фафнира, что лишь чудом его задело только по касательной, да ослабленного Делением. — добавила фиолетоволосая особа. — Но я поняла, о чём ты. Пора заняться последними приготовлениям к первой битве носителей Небесных Драконов. Ведь никогда ранее их носители не рождались так близко друг к дружке...

***

Неделю спустя.

— Пафосно. — охарактеризовал я видимое действо, делая глоток вина из Святого Грааля.

Да, того самого, что использовал Иешуа на Тайной Вечере. Доверять его апостолам я не стал — они же всё равно или поздно просрут. Лучше уж он будет храниться у нас и использоваться по назначению — то есть для питья вина производства самого Иисуса.

После которого всё остальное вино мне кажется отборнейшей мочой, а не напитком.

— Когда-то ты и сам пафосно стоял напротив подобной армии, обороняя родные земли. И именно за это ты славен среди людей, а не за убийство целых трёх глав Столпов Демонов. — хмыкнула она, легко отбирая у меня святую чашу и делая глоток.

— Справедливо. — кивнул я, постукивая пальцами по Гаэ Болгу, готовому в любой момент активировать свой козырь.

К счастью, в отличии от настоящих драконов, у их носителей лишь одно сердце.

...Тем временем на равнине, зеленой такой, красивой, встали друг напротив друга две армии.

Камелота — напоминающей прототип Типичной Средневековой Армии, и Вортигерна, который переименовал свои земли в свою честь — состоящие из куда менее развитых ребят. Прямо-таки эталонные дикари, что разрушили Рим — особенно саксы, англы, юты и им подобные.

Но их было больше.

Значительно больше.

Раза в три.

Даже мне с Истинными Рунами придётся минуты две потратить, чтобы всех прикончить. Уже неплохо, да.

Ну а впереди этих армий на конях — белом со стороны Артура, и чёрном со стороны обожающего готику Вортигерна, вышли сами короли и носители Императоров Драконов.

Да уж — история любит шутки. Вот то самое мифологическое противостояние Красного и Белого драконов в Британии, когда Король Артур воевал под сенью Красного Дракона — а Вортигерн и Саксы олицетворяли дракона Белого. Буквально сама судьба предвещала им стать врагами и сойтись в бою.

Который мы и намеревались проконтролировать.

— Вортигерн! Наслышан я о тебе и твоих воинских талантах! — раздался громкий и уверенный — Мерлин ему поставила, голос Артура, восседающего на своём жеребце и держа его за поводья левой рукой с уже призванной алой перчаткой, ставшей визитной карточкой Иссея в будущем.

— А я о тебе — нет. — жёстко бросил ему Вортигерн, прямо-таки лучась гордыней... Но и не только ей — жажды равного боя там тоже появилось. Особенно спустя несколько месяцев бездействия из-за неудачной драки с Фафниром, который самоуверенного носителя Альбиона едва красной кашицей по земле не раскатал. — Но я вижу, что ты как и я, носитель Небесного Дракона, одного из тех, кто по воле глупцов так и не закончили своё величайшее противостояние!

Ах да...