– Не здесь, – она покачала головой. – Мне потребуются специальные условия, я заберу его…

– Ты явилась неведомо откуда и хочешь забрать Лян Ю непонятно куда? Думаешь, мы его так просто отдадим?

– Если ему не помочь, он просто умрёт или, в лучшем случае, навсегда утратит своё развитие, – неторопливо подойдя ближе, Шангуан Сюань коснулась головы Ледяного Дракона, сообщая ему свои намерения и прося успокоиться. Дух Небесной Алебарды негромко фыркнул, но не стал противиться и, окинув юных девушек взглядом, как отец семейства, убеждающийся в целостности детёнышей, послушно распался потоком ледяной Ци, скрываясь в татуировке на плече юноши. – Не беспокойся, я верну вашего избранника живым и здоровым.

– Но почему мы должны тебе верить?! Ты так и не сказала! Вдруг ты вознамерилась его похитить?! – нервно скрипнула зубами беловолосая. Сюань прекрасно видела, как её сердце раздирают переживания и страхи, и не могла не признать, что такая преданность возлюбленному импонировала ей, но в то же время ей было совсем не интересно тратить своё время на пустые убеждения перепуганных детей. К тому же уже очень и очень много лет никто не смел говорить с ней подобным тоном. И такая дерзость несколько… раздражала.

– Некоторое время назад он, сам того не ведая, оказал мне одну услугу, поэтому я и была сегодня здесь, – не стала вдаваться в лишние подробности женщина. – Его исцеление будет моей благодарностью за ту услугу. Это всё, что я могу тебе сказать. Верить мне или нет — решать тебе, но я всё равно его заберу, чтобы оплатить долг, и тебе же будет проще ждать, если ты поверишь моим добрым намерениям, а не станешь выдумывать злые.

– Я… – девочка явно хотела продолжить спорить, но в последний момент прикусила себе язык. – Хорошо, – видимо, переступая через себя, выдавила беловолосая. – Но мы идём с ним! – сразу же выставила новое условие она.

– Вы помешаете, – стойкость и воистину драконье упрямство девочки вызывали умиление, но продолжать этот спектакль уже было неуместно. Потому, едва договорив, Сюань шагнула к пребывающему без сознания юноше и активировала массив телепортации до своего грота, где она обустроила временную стоянку — после пребывания в Жемчужине ей требовалось восстановление, и пещера под озером вполне подходила для этих целей. Для целей исцеления мальчика она тоже прекрасно подходила…

Глава 21

Сознание возвращалось тяжело и очень неохотно, я то всплывал из тревожной черноты сна без сновидений, то погружался обратно под грузом накатывающей усталости и смутного ощущения рези в глазах на пару с неподъёмностью век. Время от времени пограничное сознание подавало сигналы тревоги и пыталось вырваться из пелены сна, подстёгивая себя опасениями за жизнь Ю Нин и Сюен с девочками Джао, но каждый раз, замирая уже на самой грани пробуждения, в один миг теряло весь накопленный заряд решимости и расслаблялось, как спущенный шарик, вновь падая камнем вниз.

Сколько так продолжалось, я сказать не мог, но в какой-то момент почувствовал под собой твёрдую поверхность и проснулся, так же, как это происходило сотни раз до этого, когда я просыпался в своей кровати. Просто переход от сна к реальности, лёгкий и естественный, без малейших осложнений.

А вот дальше сложности начались.

Попытка рефлекторно повернуться на бок, очнувшись на спине, предпринятая ещё до открытия глаз, ни к чему не привела — тело не слушалось, будто превратившись в один сплошной комок отсиженной и безумно ослабшей плоти. Недоумение, испуг… помогли открыть глаза, но дальше меня ждал новый сюрприз.

Надо мной был потолок… пещеры. Очень… влажной, но при этом светлой — и в то же время явно далёкой от человеческого жилища, о чём ярко свидетельствовали десятки открывшихся моему взору острых сталактитов, свисающих очень недоброго вида шипами по всему потолку. Что-то мне подсказывало, что в пещере, где живут люди, подобные штуки постарались бы убрать хотя бы в некоторых местах, однако следов обработки на камне свода видно не было, хотя сам тот был не так уж и высоко, может быть, метра три, от силы — четыре.