– Из стариков мы видели только непосредственно главу клана. Детей очень немного. Ни одного не то что страдающего полнотой, но даже минимально тучного человека. Наконец, изобилие свободных домов, которые ведь когда-то были построены для членов клана и их семей, но теперь стоят совершенно не востребованные даже под склады. Тут не просто не жируют, тут действительно живут впроголодь, – ответил я со вздохом и бросил взгляд на Ан Сюен, которая тоже слышала рассказ Синхэ о часто умирающих стариках и непомерных налогах. Кареглазая милашка мой взгляд поняла и тоже с печалью оглядела окрестности.

– Вот зачем ты вёз всё это зерно! – поняла наконец-то Ю Нин, хотя раньше её тот факт, что я затарился провизией как на пять лет автономки для всего нашего каравана из полусотни человек, казалось, совсем не интересовал.

– Верно, но это лишь борьба с последствиями, а не с причиной. Восемь телег лишь кажутся большой горой, но если всё оставить как есть, клан Лазурного Пера просто исчезнет. Ещё двадцать лет в таком темпе, и тем же Джао даже не придётся никого добивать — семья Е сама выродится в обычных крестьян, до уровня которых уже сейчас почти полностью скатилась, – я окинул взглядом всё ещё старающихся дышать через раз сестрёнок. Тот факт, что их клан явно вызвал «неудовольствие молодого мастера», их серьёзно опечалил и подорвал моральный дух.

– Молодой Мастер Лян! – согнулась в поклоне Джао Нин. – Клан Джао никогда не пойдёт против воли клана Тёмной Луны! Мы бы никогда… – начались стандартные уверения в верноподданнических чувствах. Эх…

– Расслабься ты, – отмахнулся я. – Во-первых, мне неприятно видеть, когда вы с сестрёнкой Сю унижаетесь передо мной, тем более оправдываясь за то, в чём никак не виноваты, – поочерёдно ловлю взгляд каждой из них. – Вы уже должны были понять, что пусть у нас и разное положение в обществе, но если уж я назвал вас своими друзьями, то и относиться буду соответственно, а не как к рабыням. Да, вы напросились мне в свиту, и совершенно очевидно, к чему и зачем, но это не значит, что я испытываю удовольствие, глядя на то, как вы себя унижаете. Если хотите доставить мне удовольствие — будьте собой и помогайте, а не раздувайте моё тщеславие. Ну а во-вторых, – отворачиваюсь, вновь взглянув на работу слуг в фиолетовых одеждах моего дома, – я ни в чём не обвиняю ваш клан. Джао Янг сегодня зарвался и, безусловно, дал немало взяток за эту бумагу, но глупо приписывать ему всю вину за ситуацию. Он просто заботится о своей семье, при этом из всех кланов города Синего Карпа именно семья Джао наиболее лояльна дому Тёмной Луны. Клан Линь спит и видит, как бы породниться с семьёй Грома, тем самым, по сути, разрывая свой вассалитет нам, Лазурное Перо нас тихо ненавидит, виня во всех своих бедах, одни Джао убеждённо связывают своё благополучие с Тёмной Луной. Но это всё равно не значит, что я должен позволять уничтожать своего вассала другому своему вассалу только потому, что ему хочется стать богаче. Если Джао Янг сможет воспринять эту мысль — всё у него будет хорошо. Ну а если нет… тогда я в нём разочаруюсь.

– Но, братик Ю, разве ты не хотел помочь семье Е Синхэ? – наклонила голову Сюен, кутая руки в полы своей персиковой накидки.

– Хотел, – подтвердил я. – Но бездумные кары клану Джао не помогут им. Позволят позлорадствовать — да, но не спасут, – пожимаю плечами. – Не клан Джао виноват в том положении, в котором оказался клан Лазурного Пера. Они воспользовались слабостью соседа, чтобы улучшить своё благосостояние, и в этом действительно мало благородного, но позволил им это Чень Дэн, управляющий городами в этой области от имени Тёмной Луны. А он рискнул позволить такое только потому, что знал: семья Е слаба и не сможет ему отомстить. В других подответственных ему городах, где живут кланы пусть не особенно сильные, но способные огрызнуться, если их начнут зажимать в угол, он себе такого не позволяет, хотя наивно думать, что там не нашлось тех, кто был готов позолотить ему ручку за помощь в своих внутренних интригах против соседей. Так что, как это ни прискорбно, виноват во всём сам клан Лазурного Пера, позволивший с собой так обращаться. Другое дело, что мне, как наследнику клана Тёмной Луны, от понимания этого лучше не становится, ведь я всё равно вижу, что мой клан теряет вассала, который должен платить налоги и предоставлять нам свои войска, иными словами, я вижу, как моя семья становится беднее и слабее. И тут уж точно вся вина лежит на управляющем Чене, который как раз и должен не допускать таких эксцессов, а он мало того что допустил, так ведь явно и помог язве разрастись.

– Ну вот, – вздохнула Ю Нин, выискивая что-то у меня на лице, – теперь ты и о политике с управлением землями говоришь так, что одни привычные вещи начинают выглядеть чем-то диким и пугающим, а другие предстают в таком виде, о котором ты и предположить не мог.

– Ты осуждаешь? – не до конца понял я её интонацию, хоть и сделал себе зарубку в мыслях, что действительно что-то заболтался.

– Нет! Мне нравится! – просияла Вайсс с широкой улыбкой. – Не представляю, где ты набрался таких взглядов, но ты опять одновременно жуткий и такой притягательный! Настоящий самый главный злодей на этой горе!

– Пх! – издала невнятный звук Ан Сюен, старательно пряча ротик в ладошке и отводя взгляд.

– Ты что, запомнила ту фразу ещё с того момента, как я издевался над Линь Хоном?