Я сделал руками каноничную козу из первого паука.

Питер на секунду задумался, потом отчего-то ухмыльнулся.

— Там же, где и мои волосы.

— Это как. — Не поняла Синди. — Ты что потерял способность?

— Ну типа. — Вздохнул Питер.

Он вытянул руку, нажал себе на запястье и ничего не произошло.

— Не зря мне тренер говорил, что химия до добра не доводит. — Авторитетно заявил Коул. Хоть и без капли издевки.

— Зато у меня бицуха семьдесят сантиметров. — Парировал его тут же Паркер, хищно осклабившись. — И хер здоровый. А паутину я и синтетическую могу использовать. Только нахрена?

Развернувшись, он схватился за дверную ручку. Но я снова его одернул.

— Питер, рад, что мы теперь по одну сторону баррикад. — Развел я руками. — Того и гляди, станем настоящими друзьями.

— Нет уж. — Мрачно усмехнулся Питер. — Мои друзья долго не живут. Так что делайте свои игры дальше и не лезьте, куда не надо…

Дернув тяжелую дверь на себя, он так же беспрепятственно покинул помещение, как и появился в нем.

В подвале повисла тишина. Я медленно повернул голову к Мун.

— Не надо на меня так смотреть! — Мгновенно уловила мой укоризненный взгляд Синди, вскинув руки в защитном жесте. — Я ничего не могла сделать! Он поймал меня уже тут в подвале!

— Ладно. Уже без разницы. — Махнул я рукой. — Давайте планерку добьем и пойдем дальше работать. О Паркере, думаю, теперь можно не беспокоиться. Мы с ним в одной лодке, так что проблем он нам не доставит.

***

Около часа у меня ушло на то, чтобы объяснить команде новые реалии нашего существования. То, что теперь Синди и Коул — почти легальные суперы, нужно только пройти обследование у яйцеголовых из Щ.И.Т.а и получить официальную регистрацию.

Конечно, ребята были не в восторге от такой перспективы, особенно свободолюбивая Синди и Выдра. Понятно конечно, почему. Переживал за пауко-жену, хоть и прикрывал свое беспокойство общим благом. Но долго бухтеть они все же не стали. В конце концов, лучше быть живыми и свободными, пусть и с биркой на ухе, нежели присесть пожизненно в изолятор Рафта для особо опасных элементов.

Про свои пробудившиеся силы я тактично умолчал. Решил, что пока не стоит сотрясать воздух. По крайней мере, до тех пор, пока сам не пойму, как вся эта пси-фигня работает и где у нее кнопка «выкл/вкл». Конечно, Синди скорее всего уже догадалась о моих приколах, да ночной разговор наш с Авророй она сегодня услышит и, возможно, расскажет Коулу и всем остальным. Но это уже совсем другое. Мои силы пока лично мое дело. О котором я могу и не распространяться. Разве что намеки сделать. Как говорится, когда я получу силы — прямо не скажу, но знаки будут.

В любом случае во зло команде я силушку точно не применю. И ребята это поймут. И простят начальство за скрытность.

А вот что не было простительным, так это выходка Коула. При Паркере я не стал поднимать этот вопрос, чтобы не подрывать авторитет перед «соперником». Но внутри узкого круга коллектива парню досталось по самое не хочу. Ведь если бы не его обостренное чувство справедливости, мы могли бы обойтись без разрушенного павильона, помятого субарика и эпичных сцен с самопожертвованием.

Но, как оказалось, тут тоже всё было весьма неоднозначно. Сначала Коул просто не смог воспротивиться Эйдосу, почуявшему кровь на руках Паркера, и напал. Потом Взор Возмездия вскрыл нечто такое в черепушке Питера, что буквально сломало духу мщения утилиту справедливости. В результате Коул смог перехватить управление на себя и отпустил Питера из ментального трипа. А потом уже лично начищал Паркеру кабину — отчасти в отместку за меня, и именно поэтому я смог достучаться до него и отозвать от приятного занятия.

Теперь же ни Коул, ни сам Эйдос убивать лысого не хотели. Да и, как я понял из путаных объяснений костяка, Эйдос вообще решил пересмотреть свой радикальный подход к грешникам и сейчас пытался высчитать новые механики выявления настоящих грешников. Впервые столкнулся с тем, что в мире человеков все не делится на черное и белое и впал в фрустрацию. База. И сраная серая мораль — нигде от нее не спрячешься.

Еще час у нас ушел на доработку ограничений для оцифрованного Электро.

Постройки, чат, книги и таблички — всё это теперь подвергалось строжайшей аппаратной цензуре. Также мы пофиксили возможности его суперсил. Теперь полоумная цифровая копия Диллона не могла бесконечно летать повсюду в виде молнии и сжигать всё на своем пути.