Итак... Ловушка взведена. Осталось только дождаться, когда наживка сработает и рыбка клюнет.

Глава 52

Госпиталь Белвью, за окном пятого этажа занималось пасмурное утро. Целое крыло, полностью отведенное Щ.И.Т.у под нужды службы, тонуло в тишине, если не считать тихих переговоров двух агентов, приставленных стеречь вход на этаж. Элитная ВИП-палата с «комфортабельной» койкой, гигантской плазмой, панорамным окном и мини-баром, поставленным здесь исключительно по просьбе особого пациента.

Паркер сидел в глубоком кресле и уныло потягивал изотоник с электролитами и двойной порцией микроэлементов. На этот раз день в осточертевшей палате начался куда лучше обычного. Обошлось без треклятого сеанса плазмафероза или гемоперфузии. Доктор Кастильо просто выкачала около литра крови из его гигантской туши и спешно удалилась в лабораторию — проводить финальные исследования. По их результатам и станет ясно, вернется ли Паркер в норму, или последствия приема блокираторов патогена Падали останутся с ним навсегда.

Сцепив зубы, Питер заставил себя набрать еще немного изотоника в рот. Задумчиво покатал солоноватую жидкость во рту и с отвращением сглотнул. Нет, вкус все-таки не отвратимо мерзкий, как бы он ни пытался его распробовать. Металл, тухлятина и ушная сера. Идеальное описание вкуса. Вздохнув, Питер проглотил целебный раствор, мысленно предвкушая, как уже очень скоро он опрокинет в себя кружку до усрачки крепкого эспрессо или банку Колы. Кажется, он уже успел позабыть их вкус. Ведь на время лечения ни того, ни другого потреблять было нельзя. Как и есть жирное, сладкое, соленое, кислое — вообще всё, сука, все вкусное. Потому что любой опрометчивый прием пищи мог перегрузить подорванный химией желудочно-кишечный тракт с печенью, что, в свою очередь, спровоцировало бы интоксикоз и дальнейшие осложнения.

— Дерьмо, и нахрена я просил этот мини-бар… — Пробурчал он себе под нос, скользя скучающим взглядом по светлеющей сквозь капли на окне Первой авеню.

В коридоре послышались мягкие шаги. Почти такие же, как у доктора Кастильо, но все же немного другие. Как будто кто-то более грузный пытался пародировать ее. Паркер знал всего двух людей в этом мире, кто счел бы достойным занятием тратить силы на такую чепуху. Первый сделал бы это сугубо забавы ради. Но за дверью сейчас остановился явно не он. Любитель потеребить тетиву никак не мог оказаться здесь, так как еще неделю назад был направлен на другой край света с секретной миссией, на Ближний Восток. Большего Паркер не знал. Но этого было достаточно, чтобы сделать нехитрый вывод. За дверью стоял тот, кто имитировал шаги не ради забавы или шутки. Нет, просто он привык скрываться, подражать, обманывать и водить вокруг пальца. Проклятый старик. А ведь день так хорошо начинался.

Наконец тяжелая дубовая дверь с тихим шелестом отворилась. В палату своим обычным тяжелым шагом вошел чернокожий мужчина с повязкой на левом глазу. Сверкнув мокрой от дождя лысиной, он неторопливо прошелся по палате, с невозмутимым видом придвинул пустующее кресло напротив Паркера и грузно в него опустился.

— Вы не очень-то похожи на доктора Кастильо. — С усталой усмешкой выдохнул Паркер.

Говорят есть плохая примета — если в твой законный выходной, ранним утром, к тебе заявляется лично Фьюри — можно смело хоронить любые личные планы. А ведь Питер как раз сегодня собирался встретиться с Джейн. Он не видел ее уже почти две недели. Боялся, что случайно заразит патогеном. И хотя яйцеголовые из лаборатории хором убеждали его, что он абсолютно безопасен для окружающих, Паркер наотрез отказывался рисковать, дожидаясь момента полного выздоровления.

— Да. — Без единой эмоции ответил Ник. — Объективно, мне не хватает ее шарма и светлых локонов. Зато глаза такие же карие.

Устроившись поудобнее, директор перешел к делу.

— Кастильо сообщила, что ты почти полностью поправился. Следов вируса в твоей крови больше нет. Организм успешно справился с токсическим шоком, который ты получил от слоновьей дозы блокаторов. Даже то, что нам пришлось выдернуть тебя на прошлой неделе для поездки в Дагластон, особо не сказалось на твоем здоровье.

— Хоть какая-то хорошая новость. — Хмыкнул Питер. Затем, понизив голос, и фаталистично добавил. — Но это все еще провал, сэр. Если бы сучий Фиск вовремя слил нам координаты основной лаборатории Уоррена, если бы вы дали Коннорсу карт-бланш на исследования, то он бы смог доработать сыворотку.

Сделав паузу на глоток мерзкой жижи, Паркер тяжело взглянул на начальника.

— Это полный провал, сэр. Погибло почти две сотни солдат. Еще столько же навсегда останутся инвалидами. И это если не говорить о числе жертв среди гражданских. И все это…