Что было как минимум странно. Выдра должен был открыть ей дверь через домофон. А значит, войти в дом вместе со своей подружкой-фотографом они могли бы без проблем.

— Ну вы че там, оглохли?! Э-э-ээй! Коул-кукоулд… Нейтан… Единороги отстой! Ну...

— Охерела?! — Первой не выдержала такого вопиющего оскорбления Аврора. Она прошлепала по ковролину к окну и опасно свесилась за подоконник, уставившись вниз. — Сама ты отстой! Че орешь как дура ненормальная?!

Я взглянул на мгновенно напрягшегося за своим монитором Коула и тоже неспешно подошел к окну, с любопытством выглядывая на улицу.

Внизу у крыльца стояла Эрин в компании еще одной девушки. Обе задрали головы, увлеченно разглядывали крышу нашего дома и о чем-то шушукались, не обращая внимания на возмущения Авроры.

— Че орала-то, спрашиваю? — Повторила вопрос наша художница. — Поднимайтесь сюда, е-мое, дверь же открыта!

Тут Эрин наконец-то перестала объяснять что-то своей знакомой, перевела взгляд на нас и демонстративно ткнула пальцем куда-то вверх. То ли, опять же, в нас, то ли в саму крышу над нашими головами. Хрен разберешь с такого ракурса.

— Наверх посмотрите… У вас там, блин, Хэллоуин раньше времени начался!

Мы с Авророй синхронно, чисто на автомате, задрали головы вверх, причем Аврора от неожиданности чуть было не выпала наружу. Благо я слишком хорошо знал ее склонность к непреднамеренному суициду и заранее крепко ухватил ее за пояс джинсов. Иначе лететь бы моему арт-директору прямиком на тот свет.

— Ой… Спасибо. —Смущенно промяукала она, выравниваясь, и тут же удивленно ойкнула. — А что это за дрянь? Паутина, что ли? Блин, как тогда, над нашей квартирой.

— Видимо… Либо кто-то распустил на нитки огромный белый свитер. — Философски заметил я.

Прямо над нами, под самым коньком крыши, действительно висел довольно крупный шматок слипшейся паутины. Он был надежно прикреплен горизонтально к беленой стене. Отдаленно эта странная тканая конструкция напоминала походный гамак.

Понятно было одно — это на сто процентов дело рук Паучихи. И вряд ли это Нора. Ведь она сейчас стоит там, на тротуаре и залипает на паутину. Судя по озадаченному лицу, тоже ни хрена не понимает.

Вопрос в другом — зачем она вообще сюда приходила? Вряд ли с недобрыми намерениями. Хотела бы напасть — напала бы. С ее ловкостью она могла спокойно влететь в открытое окно мансарды вперед ногами. И хрустнули бы мои сыроежки. Нет, агрессией тут не пахло. На акцию устрашения тоже не тянет — слишком уж миролюбиво и аккуратно она тут насренькала своей паутиной. Будто отдохнуть присела… Никаких зловещих знаков, никаких приколотых к стене записок со скрытыми угрозами тоже не видно.

Значит, что? Либо это была банальная передышка в пути, либо разведка, либо попытка собрать компромат на некоего Нейтана Вэнса, либо… простое подростковое любопытство. Да-да, списывать этот фактор со счетов было бы крайне неразумно. Существует неиллюзорный шанс, что местная супергероиня — обычный подросток, вроде Авроры или Коула. Психованный, с загонами и типичным поведением. Не всем же ходить с кирпичным лицом, как Паркеру.

— И чево с этим делать теперь? — задала вполне логичный вопрос Аврора, пододвигаясь в сторону, чтобы Коул, подошедший следом, тоже мог утолить свое любопытство.

— Тащи швабру, будем снимать. — Ухмыльнулся я. — С дороги видно эту хрень, нужно убрать. Заодно устроим Эрин проверку на паучность этим реквизитом. А еще надо бы саму крышу проверить. Вдруг наша эта паучиха там еще какие-нибудь следы оставила.

Глава 30

Выбравшись на крышу, я, как и предполагал, обнаружил там еще один белесый лоскут. Улика болталась с внутреннего ската крыши, где паучиха, судя по всему, оборудовала себе еще один гамак — вполне разумно, чтобы не травмировать бока на выпуклых керамических чешуйках. При ближайшем рассмотрении под гамаком обнаружились и следы недавней трапезы — грецкие орешки. Немного, всего несколько раздавленных ядер. Видимо просыпались случайно.

— Орешки собрать не удосужилась, а вот упаковку все же забрала с собой. Культурненько. — Я задумчиво цокнул языком, осматривая крышу. — Ты у нас чистюля… Или просто не любишь хаос, засирающий инфополе? А это что еще за художественный вандализм?

Мой взгляд зацепился за печную трубу из темного пористого кирпича. Отсюда открывался отличный вид на рукотворный арт-объект из все той же белесой нити — аккуратная стрелочка призывно указывала на ловчую сеть в виде спирали, намертво прижимающую к кирпичной кладке сложенный вдвое блокнотный листок.

— Послание, значит.

Я осторожно подполз к трубе и тронул пальцем натянутые нити. Те дрогнули, издав едва слышный звук, словно гитарные струны, но не лопнули и не прилипли к коже. Взглянул на подушечки пальцев — чисто. Материал не оставил следов, по крайней мере, видимых невооруженным глазом. Принюхался — специфических запахов паутина тоже не источала, разве что впитала в себя вездесущую городскую пыль да легкий аромат гари от трубы. Отличный знак. Значит, передо мной органический продукт, а не синтетическая химоза из веб-шутеров.