«Прошло так много лет», — сказала она. — Я почти боюсь спрашивать, как он сейчас.

Бирн точно помнил, где он был и что делал, когда услышал о смерти Ронана. Он считал, что нет нужды добавлять этой печали к и без того отягощенному сердцу Анжелики Догерти.

Он пожал плечами. — Боюсь, мы потеряли связь.

Пока Анжелика смотрела в окно, Бирн изучал ее профиль. Он вспомнил, как видел ее в парке той ужасной ночью, как она открыла рот, чтобы закричать, но не издавала ни звука, причем долгое время. Возможно, настоящий крик затаился внутри нее. Возможно, это все еще было.

'А вы?' она спросила. — Ты женился?

Бирн кивнул. 'Я сделал.'

— Вы все еще вместе?

«На этот вопрос ответить немного сложнее», — сказал он. «Мы развелись много лет назад, но в прошлом году мы снова начали встречаться. Пока рано говорить об этом, но я думаю, что у нас все в порядке. Она сейчас в Нью-Йорке по делам.

Анжелика улыбнулась. «Это хорошая история. Мне нравится такая история».

Бирн достал бумажник и нашел фотографию Коллин, сделанную примерно месяц назад в кампусе Галлодетского университета. Он показал Анжелику. 'Моя дочь.'

«Боже мой», сказала она. 'Она прекрасна.'

— Благосклонно относится к своей матери.

Когда Бирн забрал фотографию и убрал ее, у него зазвонил телефон. Это был Джош Бонтрагер.

— Да, Джош.

— Периметр на месте, — сказал Бонтрагер. — Два детектива из отдела по расследованию убийств окружного прокурора координируют действия. Им нужно тебя увидеть.

— Я сейчас выйду.

Он выглянул в окно и увидел подъехавшую Джессику.

«АДА Бальзано вернулся. Она будет сидеть с тобой.

Анжелика встала. Прежде чем Бирн понял, что происходит, она заключила его в объятия.

44

«Я видела это в новостях», — сказала Анжелика. «Я не могу поверить, что это маленький Мик Фаррен».

Джессика ничего не сказала.

— И отец. Дэнни Фаррен. Он выглядел таким… старым, вот что я, наверное, хочу сказать. Думаю, мы все так делаем.

«Теперь, когда об этом сообщили в новостях, это станет лишь вопросом времени», — сказала Джессика. «Майклу Фаррену некуда идти. Мы зафиксировали его место жительства. Его ищут все полицейские в пяти округах.

«Я останусь на ночь», — продолжила она. — Утром город пришлет за нами броневик, и мы вместе поедем в здание суда.

«Кажется, это очень много», — сказала Анжелика. «Для Майкла Фаррена».

— Он очень плохой человек, Анжелика. На самом деле неизвестно, что он будет делать».

Краем глаза Джессика увидела прибытие отряда К-9. Она узнала офицера и собаку, работала с ними обоими.

«Вероятность того, что Майкл Фаррен будет скоро задержан, очень высока», — сказала она.

— Тогда мы сможем все это остановить?

Джессика покачала головой. «Мы не знаем всей степени угрозы. Возможно, он работает с другими людьми.

Из-за того, что семья Фаррен имела дело с самодельными бомбами, офицер К-9 прочесывал территорию в поисках взрывчатки. Еще пара офицеров К-9 была в пути. Эти собаки будут искать Фаррена по запаху одежды, которую они собрали в Камне.

«Я думала, что со всем этим покончено», — сказала Анжелика. — Тогда, когда мою Катриону похитили.

— Скоро все закончится.

Телефон Джессики зазвонил. Это был Бирн.

«Периметр заперт», — сказал он.

— Тихо? — спросила Джессика.

«Тихо», — сказал он. 'Я захожу.'

Несколько секунд спустя Джессика открыла дверь. Бирн вошел.

Анжелика встала, подошла к буфету, где в уютном столике стоял чайник. Она повернулась к Бирну. 'Вы бы хотели чашку чая?'

— Нет, спасибо, — сказал Бирн. 'Я в порядке.'

Анжелика стояла и смотрела на старый потрескавшийся чайный сервиз. 'Я только что вспомнил. Я купил этот набор на распродаже дома. Именно от Мэйре Фаррен.

'Кто это?' — спросила Джессика.

— Мать Дэнни, — сказал Бирн. — Бабушка Майкла.

«Она была рыльщиком, эта», — сказала Анжелика. «Разбойник и вор. Раз в год она устраивала распродажу за баром, которым владела, и продавала всякую всячину. Чего люди не осознавали, так это того, что они покупали вещи, украденные из домов друг друга».

Джессика и Бирн просто слушали.

— После смерти Десмонда она переехала в тот дом в конце переулка. Всего в нескольких кварталах отсюда, рядом с проспектом. Синий со ставнями. Ты помнишь это, Кевин?

— Вы хотите сказать, что этот дом принадлежал Фарренам? — спросил Бирн.

— Я уверен, что они это сделали. Это не была семья, которая могла бы быть обязана кому-либо, особенно банку или какому-либо землевладельцу».

Бирн приступил к отправке. Если бы этот дом принадлежал Фарренам, Майкл Фаррен мог бы скрываться там.

— Я иду туда, — сказал он. Джессика видела, как он поправил кевларовый жилет, заправил клапаны.

— Кто сзади? она спросила.

— Два офицера из 17-го. Они оба опытные люди.