Я отступаю в коридор, позволяя этому осознанию осесть внутри тяжелым камнем. Я не знаю, что творю. Этот мужчина, совсем не тот, кого я выбрала бы в качестве объекта любви для Арчера. Он живет жизнью, полной насилия, хаоса, всего того, от чего я отчаянно пыталась сбежать. И всё же никто никогда не был так нежен с моим сыном.

Тихие, мягкие слёзы скатываются по щекам, когда я сползаю по стене и подтягиваю колени к груди. Мне кажется, я схожу с ума, и самое худшее, я хочу этого. Я хочу этого так сильно, что почти чувствую вкус. Я хочу, чтобы у Арчера в жизни был этот сильный, загадочный мужчина. Чтобы он направлял его, защищал, давал кров. Но больше всего, чтобы любил его.

Это кажется таким далеким от реальности, но я не могу отрицать, что это происходит прямо сейчас, пока я слушаю их общение. Когда Конор дочитывает последние слова на странице, я задерживаю дыхание, ожидая чего-то, что докажет мою неправоту. Но вместо этого слышу лишь приглушенный голос Конора:

— Ну вот, малыш, давай спать, идет?

В комнате воцаряется тишина. Следующие десять минут я жду, что Конор выйдет, но он этого не делает. Когда я наконец заглядываю за угол, я вытираю затуманенные глаза, и улыбка трогает мои губы. Крупная фигура Конора растянулась на крошечной кроватке, защищая Арчера от метафорических монстров под кроватью. Они оба крепко спят, повернувшись друг к другу, и их легкие наполняются глубоким, мирным дыханием.

И именно в этот момент до меня доходит, что я окончательно влипла.

В раннем утреннем свете кровать прогибается под весом Конора, когда он возвращается ко мне. Крепкая рука обвивает мою талию и притягивает к себе, вжимая в тело, которое, клянусь, было создано лишь для того, чтобы стать прибежищем для моего. Он зарывается носом в мою шею, вдыхая мой запах, и трется членом о мои ягодицы.

Где-то на задворках сознания голос разума пытается напомнить мне, что это неправильно. Это безумное, пьянящее чувство страсти - химическая реакция моего предательского тела, и мне нужно быть сильнее, умнее. Но где-то между вчерашней ночью и этим утром вся логика была принесена в жертву богам войны. Тело, сердце и душа воюют друг с другом, и я боюсь, что в конце концов Конор покорит их все.

— Даю одну попытку угадать, о чём я думаю. — Мозолистая ладонь Конора скользит под простыню и сжимает мою грудь, мой сосок остро упирается в его горячую кожу.

Скрытая улыбка трогает мои губы, пока я зарываясь лицом в подушку.

— О чём же?

— О блинчиках. — Он покусывает меня за плечо.

Девичье хихиканье вырывается из моей груди, удивляя меня саму.

— Я бы не догадалась.

— Нет? — Его вторая рука скользит между моих бёдер, пальцы плавно проходят сквозь влагу, которая уже собралась там.

Я выгибаюсь навстречу ему, широко разводя ноги, как влюбленная дурочка.

— Определенно, я бы не догадалась.

Конор переворачивает меня на спину и оказывается сверху, опускаясь между моих бёдер, и стягивает трусики, словно пещерный человек.

— Может, с сиропом. Или с клубникой. Я ещё не решил.

Я обхватываю его талию ногами, когда он входит в меня, а его веки тяжелеют от дурманящего удовлетворения. Конор не просто любит трахать меня, он любит обладать мной. До этого он был груб. Собственнический, жесткий, требовательный. Но сейчас он нежен и медлителен, вращая бедрами, входя и выходя из меня так, будто у него в запасе весь день, чтобы оставаться в этом положении.

Он целует меня, вдыхает мой аромат и шепчет на ухо, как сильно ему нравится быть внутри меня. Я кончаю дважды для него, а затем он завершает процесс вымученным стоном, который, кажется, длится вечность. Когда он валится на кровать и притягивает меня обратно к своей груди, я всё ещё пытаюсь понять, что только что произошло. Не могу быть уверена, но мне кажется, что мой муж только что занимался со мной любовью.

— Ещё всего пару минут, — бормочет он сонно. — А потом блины.

Телефон в кармане снова подает сигнал, но я игнорирую его, возвращая внимание к Арчеру. Его глаза широко распахнуты с той невинностью, которая бывает только у детей, когда он наблюдает за луговыми собачками, высовывающими головы в зоопарке Франклин-Парка.

— Всё в порядке? — спрашивает Айви.

Я обхватываю её за талию и притягиваю к себе, украдкой сжимая ее ягодицы, пока мои губы касаются нежной кожи вокруг ее уха.

— Всё отлично.

Её глаза закрываются, и она прижимается ко мне, но это лишь иллюзия спокойствия. Каждый раз, когда она сдается, её разум начинает сопротивляться, и понемногу напряжение возвращается в её тело. Она всё ещё борется с той связью, что возникла между нами. Её мысли, это головоломка, и порой я не знаю, с кем она воюет, со мной или со своими собственными чувствами.

Она смотрит на меня глазами, которые выдают её внутренний конфликт.

— Если у тебя есть дела, ты не обязан оставаться.

Моя щетина царапает её прохладную кожу, и она вздрагивает.

— Да, у меня есть дела. Например, провести этот день с тобой и Арчером.