- Думаю, мне тоже не помешало бы немного поспать, - сказала Райли, зевая и наблюдая за удаляющейся фигурой Эша. - Где моя комната?

- Наша здесь, - сказал я, указывая на дверь позади себя.

- Наша? - она замерла.

- Да, наша, - ответил я, стараясь не позволить ухмылке украсить мое лицо. - Здесь всего две спальни, и ты чертовски уверена, что не будешь спать рядом с Эшем.

- Хорошо. Я буду спать на диване, - фыркнула она, скрестив руки на груди.

Да, вот и моя упрямая жена.

- Нет, ты не будешь. Я не верю, что ты не сможешь улизнуть, - сказал я, открывая дверь в спальню на первом этаже. Мое самодовольство сменилось откровенным ликованием, когда я увидел размеры кровати. Это был маленький двухместный номер, а это означало, что у нее не было другого выбора, кроме как прижаться поближе, если она не хотела выпасть.

- Ты серьезно? Мы у черта на куличках, куда, черт возьми, ты думаешь, я собираюсь пойти? - ее голос был пронзительным от раздражения, что только усиливало мое растущее веселье.

- Как я уже сказал, я тебе не доверяю. Так что, ты можешь либо добровольно лечь здесь со мной, либо я могу приковать тебя наручниками к кровати, и ты сможешь спать рядом со мной, но тебе это будет не очень удобно, - я вытащил наручники из заднего кармана и потряс ими, чтобы показать свою точку зрения.

Она посмотрела на меня, ее глаза сузились, когда она обдумывала свои варианты.

- Ух ты! - она всплеснула руками и ворвалась в спальню, вполголоса проклиная меня за то, что я самый невыносимый человек на планете. Но она знала это, когда выходила за меня замуж, так что это не должно было стать сюрпризом. - Ты шутишь, да? - спросила она, остановившись, когда увидела размеры кровати.

- Нет, детка. Тебе придется подобраться поближе, если не хочешь выпасть, - ответил я, позволив ухмылке появиться на моем лице.

- Я ненавижу тебя.

Это только усилило мой громкий смешок.

Несмотря на то, что мне удалось успешно затащить Райли в постель, она отказывалась раздеваться. Вместо этого она нырнула под одеяло, все еще одетая в одежду, которую я дал ей в самолете.

Меня это вполне устраивало. Как бы мне ни хотелось провести часы, заново знакомясь с ее восхитительным телом, я был слишком измотан, и если бы она лежала рядом со мной обнаженная, я бы ни за что не смог оторвать от нее рук.

Однако это не помешало мне раздеться, и как бы Райли ни старалась, я поймал ее взгляд, когда я расстегивал пуговицы и снимал рубашку. Ее лицо побледнело, когда ее взгляд остановился на шраме, который теперь был у меня между грудными мышцами.

Рана была около восьми дюймов в длину, но, справедливости ради, надо отдать должное доктору Харрису, он проделал аккуратную работу, сшив меня обратно и оставив минимальные рубцы. Все могло быть намного хуже, учитывая, что ему пришлось вскрыть меня, чтобы остановить кровотечение и перезапустить мое сердце.

В рамках моего выздоровления он предложил вызвать пластического хирурга, чтобы убрать шрам, но я отказался. Я хотел с гордостью носить этот шрам всю оставшуюся жизнь. Это было постоянное напоминание о том, что кто-то пытался убить меня и потерпел неудачу.

Напоминание о том, что мне повезло, что я остался в живых.

Если бы Райли было неприятно смотреть на это, тогда, возможно, я бы подумал о татуировке, чтобы скрыть это, но я бы знал, что это там есть.

- Это...хммм...Это Хендрикс место куда стрелял Хендрикс? - спросила Райли, обретя дар речи и приподнявшись так, чтобы прислониться спиной к изголовью кровати.

Я провел рукой по шраму. - Да.

- Господи, - ответила она едва слышным шепотом. - Как это тебя не убило?

- Еще на дюйм левее, и все было бы в порядке, не из-за недостатка стараний со стороны Хендрикса. Им пришлось перезапускать мое сердце три раза, - сказал я, гнев вскипел в моей крови при упоминании имени этой сучки.

Я не мог дождаться того дня, когда "месть" станет моей. Я собирался наслаждаться каждой минутой, когда покончу с Хендриксом.

И Торн тоже, если уж на то пошло.

Когда у нее на глазах выступили слезы, я рискнул вызвать ее гнев, подойдя к кровати и присев рядом с ней.

- Все в порядке, звезда, - сказал я, смахивая большим пальцем случайную слезинку. Она не послала меня отваливать, так что я бы воспринял это как победу.

- Тебе больно? - спросила Райли, ее голос дрогнул от эмоций, и меня охватило чувство вины за всю ту боль, которую я причинил ей, позволив думать, что я мертв. Не то чтобы у меня тогда был выбор, но я мог бы покончить с этим в любой момент, когда захотел, но я этого не сделал.

- Не совсем. Этот болит сильнее, - сказал я, поворачиваясь в сторону, чтобы показать ей более длинный шрам в том месте, где мне удалили селезенку.

Она ахнула, и ее руки взлетели ко рту. - Вот куда попала другая пуля, - заявила она, прикрывая рот руками.

- Да, пуля попала мне в селезенку. Доку Харрису пришлось удалить ее, поскольку у меня было внутреннее кровотечение.