Развернувшись обратно, я замерла при виде пистолета Оуэна, приставленного к голове Софии, ее глаз, расширенных от страха, когда мучительный всхлип сорвался с ее губ. Позади него открылась дверь, залив коридор солнечным светом, и появилась фигура в маске с поднятым пистолетом. От этого зрелища у меня в животе скрутился ужас.

Мы все были при смерти.

Но чувство страха усилилось, когда фигура в маске опустила пистолет.

- Оуэн, черт возьми, поторопись, нам нужно убираться отсюда, - крикнула фигура в маске.

Когда до меня дошло, охранник, нос которого я, как надеялась, сломала, схватил меня. - Ты заплатишь за это, маленькая сучка, - прошипел он мне в ухо.

- Не волнуйся, она получит по заслугам, когда Хендрикс доберется до нее, - усмехнулся Оуэн.

О, долбаный блядь.

Оуэн предал нас.

Тяжесть, тяжелая, как свинцовый шарик, опустилась мне на живот.

- Давай, нам нужно идти! - взревел человек в маске, держа дверь открытой.

Оуэн снова начал тащить Софию, и придурок, державший меня, последовал за ним. Несмотря на панику, подступавшую к моему горлу, я не сопротивлялась его притяжению. Как я могла? Не с пистолетом, приставленным к голове Софии.

Воспоминания о том, как Хендрикс вытащил меня из комнаты страха, ожили, и образ разлетающейся головы моей бывшей горничной кружился в такт тошноте, скручивающей мой живот.

Так началась ночь, когда «умер» Кай. Я вышла из комнаты страха, потому что не хотела, чтобы пострадали мои друзья, и вот мы снова здесь, как ягнята на заклание.

Я молилась, чтобы Софию не постигла та же участь, что и Жаклин.

Когда мы подошли к двери, человек в маске распахнул ее, чтобы показать умирающий закат вдалеке у себя за спиной. Свинцовый шарик в моем животе сложился вдвое при осознании того, что Оуэн выводит нас на улицу.

Черт. Это было нехорошо.

Оуэн втолкнул Софию в дверь, и я услышала ее испуганный вздох. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять почему, когда меня втолкнули в дверь, следуя по ее стопам.

Нас ждал фургон с широко распахнутыми задними дверцами, готовый впихнуть нас внутрь, и там были еще двое вооруженных мужчин в балаклавах. Они шагнули вперед, один схватил Софию, а другой схватил меня, грубо вырывая нас из рук Оуэна и другого охранника.

- Подожди, - крикнул Оуэн, пытаясь оттащить Софию назад. - Она не была частью сделки. Хендрикс согласился, что я могу оставить ее себе, если приведу тебе эту сучку Вулф!

- Он солгал, - сказал человек, державший дверь открытой, без малейшего раскаяния в голосе. В следующую секунду он поднял пистолет и выпустил пулю в голову Оуэна, и его тело в одно мгновение рухнуло на пол. Мужчина повернулся и быстро выпустил еще одну пулю в голову охраннику, который тащил меня.

- Нет! - София закричала, по ее лицу потекло еще больше слез. Как ни странно, я не испытывала ни капли сочувствия ни к Оуэну, ни к другому мудаку.

- Заводите их и убирайтесь отсюда к чертовой матери, босс ждет, - рявкнул человек, который только что застрелил Оуэна.

Двое мужчин, державших Софию и меня, подняли нас с земли, и через несколько секунд нас швырнули в заднюю часть фургона, и двери захлопнулись, погрузив нас в темноту. Мгновение спустя двигатель взревел, и фургон тронулся с места.

Мое сердце бешено забилось в груди, когда снаружи раздались звуки выстрелов. Когда пара пуль попала в борт фургона, София взвизгнула. Придвинувшись, чтобы сесть рядом с ней, я обняла ее и прижала к себе. Все ее тело сотрясалось от рыданий.

Мой собственный страх превратился в оцепенение. Оцепенение от воспоминаний о том, насколько все это было знакомо. В прошлый раз, когда меня похитили, Кай пришел мне на помощь и умер, или, по крайней мере, я так думала. Но что, если он снова придет мне на помощь и на этот раз действительно умрет?

Я не думала, что мое сердце выдержит потерю его во второй раз.

- Мне…Мне так... жаль, Райли, - всхлипнула София, ее слезы пропитали мой топ.

- Ш-ш-ш, это не твоя вина, - сказала я, поглаживая ее по руке.

- Это моя! - воскликнула она, вырываясь из моих объятий. - Я….Я солгала ранее, - я едва могла разглядеть ее черты в темноте, но я увидела достаточно, чтобы понять, что она отвернулась от стыда. - Я рассказала Оуэну о сделке. Я была так зла на своего отца, что рассказала ему все. О том, как ты отказалась выйти замуж за Рафа, потому что была замужем за мертвецом, о том, как Майло предложил жениться на мне. И ... Я рассказала ему о Хендриксе, о том, почему ты вообще просила о сделке.

Я закрыла глаза, чувствуя, как меня переполняет разочарование. Не то чтобы я винила ее, у нее было полное право злиться на мистера Бьянки. Если бы я встречалась с кем-то и была вынуждена прекратить это из-за того, что мой придурок-отец отдал мою руку замуж за кого-то другого, я бы, вероятно, тоже проболталась.