- Очень приятная всё-таки женщина. Да, Аким?

Саблин ничего ему на это не говорит. Он что-то злится и на Дениса, и на Полину.

«Вот дурак… Слепой, что ли? Несерьёзные всё-таки люди. Бой на носу, а они бабой хитрой восхищаются!».

Саблин, выйдя из помещения, сразу включает СВП (связь прямой видимости).

- Мирон!

- Здесь! – откликается радист из лодки.

- Ну что там?

- Четыре тысячи двести, облетает нас по кругу, сейчас на юго-западе, – отвечает Карасёв.

Аким вздыхает: теперь не улетел бы.

3 Глава 3

Всё-таки Мирон – человек грамотный, он накрыл станцию брезентом и принял расслабленную позу. Винтовку тут же к банке прислонил, и оператору дрона не должно было казаться, что кто-то из казаков следит за окружающим пространством. Просто часовой развалился в лодке. А трое других подошли к воде и всё смотрят куда-то. Видно, что-то обсуждают. Саблин надеялся, что бандиты это увидят. Он хотел показать им: нет тут больше никого, лодка одна, а нас всего четверо, и мы понятия не имеем, что вокруг нас кружится дрон.

- Мирон, - говорит прапорщик через некоторое время. – Где он?

- Тысяча сто семьдесят высота, четыре тысячи сто, юг-запад-запад.

- С четырёх тысяч не достанем его, – размышлял Кульков. – Далеко. Оператор засечёт пуск, он сразу вниз и «нырнёт». Тысяча двести метров – мало, десять-двенадцать секунд, и дрон уже у деревьев, а мы его не видим. И тогда всё – считай, ракету зря пустили.

Это было всем понятно.

- Мы и не будем с четырёх тысяч его бить, - говорит Саблин. – Подождём, пока на две не подойдёт.

- А вдруг не подойдёт на две? – предполагает Калмыков.

- Может и не подойти, - замечает радист.

- Почему так думаешь? – сразу спрашивает Саблин.

- Сигнал дохленький. Еле теплится… – отвечает ему Мирон. – То ли передатчик у дрона барахло… А может, аккумулятор подсел… Хотя если аккумулятор сел бы, так они его уже обратно повернули бы, а он вон – кружит вокруг, уже запад-запад-север, три восемьсот восемьдесят…

- Может, у них ретранслятор где есть, как на Енисее, помните? – вспоминает Денис.

- Ну так я бы ретранслятор видел, а тут, говорю же, ничего… - объясняет радист. – Или он уж совсем далеко…

- А моторы слышно? – не отстаёт от него Калмыков. И это он спрашивает зря: появись в эфире импульсы моторов, Мирон о том в первую очередь сказал бы.

- Не… - отвечает радист беспечно. – Только дрон болтается.

«Ну хоть так. Значит, пришёл Чиёншох. Пусть кружит, пусть у него самый плохой дрон на болоте, пусть смотрит всё, что хочет, лишь бы не повернул обратно!».

- Николай, - говорит Саблин; он думает, что нужно им вести себя степенно, а не торчать всем отделением на берегу, - давай в ДЗОТ. А ты, Денис, вернись в комендатуру.

Казаки выполнили приказ, а Аким пошёл вдоль берега, слушая доклад Карасёва.

- По кругу обходит, тысяча двести высота, две тысячи восемьсот север ровно, – он уже закончил доклад и почти сразу добавил с заметным возбуждением: - Аким! Мотор! Сигнал – импульс чёткий, сдвоенный, девять тысяч двести метров… Юг-юг-восток…

- Ну наконец-то! – не сдержался Саблин. Он остановился. Захотелось закурить, и он не выдерживает – идёт к зданию, где держали людей.

- А что значит сдвоенный сигнал? – Денис ещё не зашёл в комендатуру.

- Два мотора на одной лодке, - поясняет Мирон. И спрашивает: - Атаман, что делаем?

- Ведём пока наблюдение, - отвечает Саблин. А сам поворачивает шлем к северу, выкручивает зум камер до предела, но коптер в небе не находит. – Теперь надо бы дрон хлопнуть. Николай, ракетница при тебе?

- Тут, у меня, - отвечает Кульков, он стоит у открытой двери ДЗОТа. – Что? Бьём?

- Погоди малость, – Аким, честно говоря, не знает, что делать. Лодка уже появилась. Дрон пора приземлять… Вот только он ещё далековато. Опытный дроновод успеет вывести свою «птицу» из-под удара.

- Атаман! Второй мотор… Рядом с первым. За первым идёт, – докладывает радист.

- К нам идут? – уточняет прапорщик.

- Так точно, движутся к нам, – Карасёв замолкает на несколько секунд и после добавляет: - Атаман… Третий мотор…

- Пошли, значит, - резюмирует Кульков. – Ну что, атаман, бьём дрон?

- Мирон, где дрон?

- Две восемьсот от нас, север-север-восток.

- Ждём, – отвечает Саблин. Ему срочно нужно перекурить. – Следи, Мирон, за ними.

Он двинулся дальше к зданию. Хотел открыть забрало и выкурить сигарету с комфортом, чтобы не прятаться от пыльцы. А радист и говорит ему:

- Аким! Четвертая лодка.

И снова тут интересуется Калмыков:

- Мирон, и что же, у всех у них двойные моторы?

- Так точно. У всех по два раздвоенных импульса, – подтверждает Карасёв.

- Большие, значит, лодочки, - вслух размышляет Денис. – Человека по четыре в каждой будет.

«Шестнадцать человек пока», – прикидывает Саблин и с каким-то злорадством напоминает ему: