Глава 4 Родители не правы

Спальный корпус стоял в тени сосен, выкрашенный в тот же зеленый цвет, что и все остальные постройки. Туманский поднялся по скрипучим ступенькам, Воронов следом, Валя замыкала. Шевчук шел впереди, ключи в руке, но дверь оказалась открыта.

– Здесь живут два отряда, – пояснил директор, заходя внутрь и открывая дверь спальни. – «Чижи» на первом этаже, «Соколы» на втором. Чижов и Малык спали вот здесь.

Он указал на две кровати у окна. Постели заправлены по-армейски, одеяла натянуты туго, подушки взбиты. Тумбочки пустые. Ни книг, ни игрушек, ни следов присутствия.

– Вещи их где? – спросил Воронов.

– В чемоданах под кроватями. Мы ничего не трогали.

Туманский присел на корточки, выдвинул чемодан. Открыл. Аккуратно сложенная одежда, запасные кеды, тетрадь с пионерскими песнями. На дне – самодельная рогатка и горсть камешков.

– Хорошая штука, – заметил Воронов, рассматривая рогатку. – У меня тоже такая была.

Шевчук поморщился.

– Это… мальчишки. Всегда что-то мастерят.

Туманский закрыл чемодан, поднялся.

– Кто последний видел их днем?

– Вожатая «Соколов». Марина Петровна. Она сейчас в столовой, можно позвать.

– Позовите.

Шевчук вышел. Туманский обошел спальное помещение медленно, заглядывая в углы, под кровати, в шкафы. Воронов стоял у окна, смотрел на лес за территорией лагеря.

– Отсюда легко уйти, – сказал он. – Перелезть через забор – пара пустяков.

– Легко, – согласился Туманский. – Понять бы куда?

Валя молчала. Она стояла у двери, смотрела на кровати, на тумбочки, на большое окно с двумя рамами. Что-то не складывалось. Три мальчика исчезли, но их вещи остались. Рогатка в чемодане, запасные кеды, тетради. Если бы они убегали по заранее подготовленному плану, то Чижов не оставил бы рогатку. Он, по характеристикам, был заводилой, охотником. Такой мальчик не пошел бы в лес без оружия. И еще – постели. Заправлены слишком аккуратно, по-армейски. Будто кто-то их поправил после того, как дети ушли из спальни. Подростки так не заправляют. Они мнут одеяла, сбивают подушки, оставляют складки. А здесь – ни складочки. Будто мальчиков никогда здесь не было.

Дверь открылась. Вошла крепкая, рослая девушка лет двадцати пяти, в спортивном костюме, со свистком на шее, волосы собраны в хвост. Лицо загорелое, руки сильные.

– Марина Петровна Коваль, вожатая «Соколов», – представилась она.

Туманский повернулся к девушке.

– Когда вы последний раз видели Костюка Ваню?

Марина Петровна задумалась.

– После обеда. Он шел с Чижовым и Малыком к озеру. Я спросила, куда они идут. Сказали, купаться.

– И вы их так просто отпустили?

– Озеро рядом, там всегда дежурный. Я не видела причин запрещать.

– Они вернулись?

– Не знаю. Я ушла на планерку к директору. Потом были кружки. Ваню на туризме не было, мне сказал руководитель.

– Вы искали его?

Марина Петровна сжала губы и начала теребить свисток, болтающийся на шее.

– Нет. Подумала, что где-то гуляет. Это не редкость. Дети иногда пропускают кружки.

– А вечером?

– Вечером я узнала, что все трое пропали. Тогда уже начала искать.

– С дежурным по озеру говорили?

– Конечно. Он сказал, что пацаны не купались. Постояли на берегу, покидали камешки в воду и пошли назад, к лагерю.

Туманский посмотрел на нее внимательно.

– Вы сказали, Ваня шел с Чижовым и Малыком к озеру. Как думаете, чья была идея? Чижов их позвал?

Марина Петровна слегка нахмурилась, вспоминая.

– Чижов позвал. Он всегда инициатор.

– Значит, Ваня из вашего отряда, а Чижов из параллельного. Обычно дети держатся своих. Как так вышло, что Ваня слушался Чижова больше, чем вас?

Марина Петровна дернула плечом.

– Они дружили. Возраст одинаковый, интересы общие.

– Интересы, – повторил Туманский. – Какие именно? О чем они говорили, когда были вместе?

– Ну… обычные мальчишечьи темы. Футбол, марки, кино…

– Стрельбище?

Марина Петровна замялась. Всего на секунду, но Туманский это заметил.

– Может быть. Все пацаны про стрельбище говорят. И многие туда тайком ходят. Мы об этом знаем.

– И Ваня тоже бывал на стрельбище?

– Сто раз, – призналась она и усмехнулась.

– После того, как с Чижовым подружился?

Марина Петровна замерла. Поняла, куда он ведет.

– Да. Но и без Чижова он ходил бы туда. Там все дети хоть по разу, но бывали.

Туманский сделал паузу, давая ей время подумать над собственными словами.

– С Чижовым и Малыком он дружил давно?

– С начала смены. Они сразу сошлись.

– А дети в курсе, что штаб военного округа запретил посещение стрельбища?

– Конечно. Мы им объяснили! – вместо вожатой ответил Шевчук.

– Тем не менее они продолжают ходить туда тайком?