Во мне смешались злость и отчаяние. Всё было сделано настолько ужасно, и это была полностью моя вина. Мне нужно было побыть одной, чтобы осмыслить всё произошедшее и понять, как вытащить хоть что-то из этих руин.

— Квентин, ты бы всё равно его бросила, — сказал Грей буднично, пока я уходила. — По крайней мере, теперь всё закончено.

Я резко остановилась и повернулась к нему.

— Прости, что?

— Ты сказала, что собираешься уйти от него сегодня.

— Ты серьёзно сейчас?

— Ты мне соврала?

Кровь застучала в ушах, пока я смотрела на Грея, пытаясь осознать его слова.

— Нет! — сказала я. — Нет, я не врала тебе.

— Ну и? Значит, никакого вреда.

— Ты издеваешься?! — Мой голос повышался.

Боги были эгоистичны. Безумно эгоистичны, и сейчас это ярко проявлялось в Грее.

Ему было всё равно, что Мэтью больно. Грей получил то, чего хотел, невзирая на последствия, и для него на этом история заканчивалась. Но я чувствовала вину, я потеряла друга и только что была отстранена от работы.

— Вред огромный! — закричала я. — Боги, каким же ты иногда бываешь эгоистичным мудаком!

Он открыл рот, чтобы ответить. Но в воздухе заклубились алые струйки, и рядом с Греем появился Эрик. У меня скрутило желудок при мысли, что Хантер мог узнать о нашем секрете.

— Тебе нужно прийти к Гарету. Прости, Квентин, — сказал Эрик. Он посмотрел на нас обоих. — Что вы вообще тут делаете?

— Почему? Что случилось? — спросил Грей, проигнорировав его вопрос.

— Дома возникли некоторые проблемы. Хантер ждёт, что мы вернёмся туда. Он хочет провести встречу перед отъездом, чтобы мы все были на одной волне.

Моё сердце немного успокоилось, и Грей снова сосредоточился на мне.

— Иди, — сказала я ему. — Мне тоже нужно идти.

Небольшая дистанция пойдёт нам на пользу. Он упрямился как баран, а мне нужно было остыть.

— Квентин, — произнёс Грей, явно недовольный.

Я посмотрела на него, затем перевела взгляд на Эрика, которому было явно неловко.

— Тебе нужно разобраться с этим, — сказала я.

Им нужно было сохранить как можно больше спокойствия, иначе Хантер действительно всё узнает, и мы окажемся по уши в дерьме. Нужно было вести себя так, будто ничего не произошло.

— Нам нужно поговорить, когда я вернусь, — сказал он мне зло.

Хантер проинструктировал Богов ещё до того, как мы вернулись в Элизию. Беспокойство младших Бого ...

Хантер проинструктировал Богов ещё до того, как мы вернулись в Элизию. Беспокойство младших Богов перелилось через край, и дома они распоряжались своими силами слишком свободно. Обычно я был бы рад вернуться туда, но мои мысли лишь отчасти находились в Элизии рядом с моими сородичами.

Квентин злилась на меня. Её расстроило то, как всё развернулось. Я лишь указал на то, что наша конечная цель была достигнута, пусть исполнение и вышло грязнее, чем ожидалось. Холден уже взрослый мальчик — переживёт. Они ведь не были связаны душами.

Квен назвала меня эгоистичным ублюдком. Я и был эгоистом. Чрезвычайно эгоистичным, когда дело касалось её. Так будет оставаться на протяжении всего моего существования, но мне не понравилось, как она это сказала. Будто это делало меня злодеем.

— Грей, — сказал Эрик. — Предлагаю всё, что происходило между тобой и Скоттом, оставить там, внизу. Полное внимание — здесь.

Я посмотрел на своего младшего брата. Нам нужно было поговорить, но сейчас был не тот момент. Эрик был прав — мне нужно сосредоточиться.

Мы разлетелись по Элизии, чтобы занять свои участки. Верхняя Элизия не была закрыта для младших Богов, но многие предпочитали не ступать в высшие небеса, если у них там не было дел. Казалось, их вполне устраивали средние небеса, где они процветали по-своему. Но без элиты на местах и без ответа на вопрос, когда мы вернёмся насовсем, они пустились в разнос.

Хотя их было больше, чем нас, они были менее сплочёнными, чем элита, и потому их было легче подавить.

Почти весь день ушёл на то, чтобы их урезонить и привести в порядок беспорядок, который они устроили. К вечеру мы собрались в зале совета. Пока я шёл по коридорам, моя корона тяжело давила на голову.

В каменном зале полукругом стояли двенадцать тронов. Хантер сидел в центре, и мы все направились к своим местам. Эрик сел слева от Хантера, а я — справа. Было ясно, кто здесь главный.

Арчер неторопливо вошёл в зал, с видом скучающего человека, и остановился перед нами. Несмотря на его беспечную маску, я ощущал гнев, который исходил от него из-за того, что его вызвали.

— Вы просили моего присутствия, — коротко сказал он.

— Не желаешь объяснить, во что именно, по мнению младших Богов, они играют? — спросил Хантер.

Он стоял с выражением лица, будто у него и муха не сядет.

— У них есть склонность становиться беспокойными. Вы не внушаете им веру, потому что всё своё время проводите среди Смертных.

Я напрягся.

— Ты говоришь так, будто сам там не находишься.