— Когда я возьму тебя в первый раз, жена, ты будешь истекать соками для меня. И ни мгновением раньше. — Он потянул её руку обратно на свою грудь. — Но твои мольбы должны стать лучше. Задолго до того, как я дам тебе то, чего ты хочешь.

Они оба тяжело дышали, глядя друг на друга и понимая, насколько далеко зашли. Он всегда хотел троллью жену, которая была бы ему под стать во всех отношениях. Если провидцы увидели в ней что-то, что означало, что она лучший выбор для него, то кто он такой, чтобы говорить им, что они ошибаются?

Он оставит её в живых. Пока что.

— Ты будешь жить, — сказал он. — Столько, сколько я пожелаю, чтобы ты жила. Но сначала я хочу, чтобы ты назвала мне своё настоящее имя.

— Меня зовут Майя.

— Только не ложь.

Она покачала головой, её губы были так близко к его, что он чувствовал, как её дыхание овевает его клыки.

— Меня зовут Майя. Я не лгала тебе. Я никогда тебе не лгала. Ни о своей любви к цветам, ни о том, кто я есть, и уж точно не о своём имени.

Это было начало. Он не знал, почему поверил ей, но поверил. Возможно, до него дошли слова ведьмы. Женщина, которая была ему предназначена, не стала бы ему лгать, не об этом. Но в глубине души он знал, что дело не только в этом.

Эта женщина ни разу не пожаловалась за время пути сюда. Она доказала свою стойкость и выносливость, даже если и не была храброй или свирепой, как его народ. И, возможно, в этом была своя ценность.

— Хорошо, — выдохнул он. — Значит, с сегодняшнего дня мы начинаем отсюда, жена. Между нами не будет лжи.

— Ты соглашаешься быть моим мужем? Правда?

Он вздохнул.

— Я редко беру свои слова назад, но да. Ты была рождена для меня, огневолосая. И поэтому я оставлю тебя себе.

Глава тринадцатая

МАЙЯ

Майя сидела на том же месте и наблюдала, как он готовит импровизированный лагерь на ночь. Рагнар отказался возвращать её к остальным после их разговора, но она и не настаивала. Она всё ещё чувствовала, как их когти царапали ей спину и как легко рвалась её кожа. Ощущение было сродни тому, как если бы она порезалась самым острым ножом отца, и ей совершенно не хотелось переживать это снова. Пусть гнев троллей утихнет со временем. Возможно, через пару дней они будут не так склонны её убивать.

Хотя она понимала их гнев. Она бы тоже разозлилась, узнав, что тролли обманули её народ.

Свернувшись калачиком, она видела всё, что делал Рагнар. Он быстро соорудил круг из камней, не из кристаллов. И всё это время не спускал с неё глаз. Она не была уверена, думал ли он, что она может сбежать, или просто беспокоился за неё в целом. Ей хотелось ощетиниться от этой мысли. Майя всегда сама о себе заботилась.

Но она довольно сильно истекала кровью. Она чувствовала, как рубашка прилипает к коже там, где кровь пропитала ткань, а запястье ужасно ныло. Ладонь болела в том месте, где ведьма пустила ей кровь. У неё болело всё, даже макушка.

Поэтому она осталась там, где сидела. Не предлагала помощь и не горела желанием этого делать. Рагнар усердно трудился, разводя костёр, а затем снова ушёл, возвращаясь с охапками листьев раз за разом, пока не собрал приличную кучу, явно предназначенную для сна. Это будет не самая удобная постель в её жизни, но на одну ночь вполне сгодится. Будем надеяться, они собирались вернуться, а не просто… остаться здесь навсегда.

Эта мысль привела её в ужас. Она почувствовала, как кровь отлила от лица, когда он вернулся с кроликом и вытащил нож из кармана. По крайней мере, на этот раз он сел рядом с ней, медленно снимая шкуру с бедного пушистого зверька, которого убил, чтобы накормить её.

— Мы остаёмся здесь? — спросила она.

— Да.

— Навсегда?

Он нахмурился, посмотрев на неё.

— Нет, не навсегда.

Майе было стыдно признаться, но она немного обмякла от облегчения.

— Ох, хорошо.

Он прервал свежевание существа, а затем направил на неё окровавленный нож.

— Ты думала, мы не вернёмся к остальным троллям?

Ну, когда он сказал это так, это прозвучало немного глупо. Шаркнув ногами и зарывшись пальцами в мягкую землю, она пожала плечами.

— Ну, я не знаю, какой у тебя план. Ты мне ничего не рассказываешь. Всё, что я знаю, — это то, что они хотели убить меня всего несколько часов назад. Я всё ещё тот человек, которого здесь быть не должно, и им это вряд ли легко принять.

— Не легко, — пробормотал он. Нож быстро расправился с кроликом, и вскоре он уже насаживал мясо на палочку. — Эту часть оставь мне. Они не из тех, кто легко прощает, но они примут тебя, если я их об этом попрошу.

— Это потому, что ты… — Она изо всех сил пыталась подобрать нужное слово. — «Дворянин» не совсем подходит твоему народу. Или у вас есть дворянство? Ну, должно быть. У вас есть король, значит, должны быть и другие. Герцог — так бы мы назвали кого-то вроде тебя, возможно. Или граф?

Она уже просто болтала без умолку. Но попытки хоть как-то осмыслить произошедшее с ней помогали справиться с приступом паники, который сейчас сжимал её сердце.