— Послушай меня. Моя троллья жена здесь. Она один из призов в сегодняшних боях. Мне нужно выбраться отсюда вместе с ней, и мне нужна твоя помощь, чтобы сделать это.

— Тебе не выбраться.

— Я смогу, Бьорн. Смогу и выберусь. — Рагнар пока не знал как, но он выберется. — Ты поможешь мне?

Бьорн покачал головой, раз, другой, а затем, казалось, сдался.

— Если ее отдадут мне, я сохраню ей жизнь. Это лучшее, что я могу сделать.

— Этого мне достаточно.

Рагнар слез с него, помогая другу подняться на ноги. Они долго смотрели друг на друга, прежде чем разойтись в разные стороны. Оба знали, что им предстоит сражаться с одним и тем же врагом. К сожалению, выиграть этот бой вместе не было никакой возможности.

Глава сорок третья

МАЙЯ

Майя наблюдала за кровавой бойней перед ней с пылающей в груди ненавистью. В ее жизни было время, когда она поступила бы так же, как стоящая рядом с ней Роза — дрожала бы как осиновый лист, готовая на все, лишь бы ее отдали самому доброму из присутствующих.

Но она больше не была той женщиной. Она будет сражаться, пока в легких не иссякнет кислород. Она будет биться с любым, кто попытается дотронуться до нее, будь то тролль или нет. Так же, как Рагнар сражался за нее там, внизу. Она смотрела, как он с беспрецедентной яростью убивал бесчисленное множество людей.

Поэтому Майя стояла и смотрела. Она замечала каждую рану, нанесенную ее сородичам, и запоминала лица. Каждый человек на этих трибунах умрет от ее руки или по ее приказу. Каждый дворянин, который считал нормальным поместить кого-либо в подобную ситуацию, где нужно сражаться за свою жизнь. Будь то человек или тролль. И те, и другие были невообразимо неправы.

Она впечатала в память лица женщин, стоявших рядом с ней. Каждая из них была измотана. Вероятно, они пробыли здесь долгое время. Каждая из них заслуживала большего, чем жить вот так, гадая, когда же они наконец умрут.

Сначала она думала, что король посмотрит на нее. Возможно, он станет издеваться над ней, говоря, что это ее расплата за возвращение. Но он этого не сделал. Она была настолько ниже его достоинства, что он даже ни разу не взглянул в ее сторону. Он просто пил свое вино, расплескивая его по всему полу, и указывал на смерти, происходящие в построенном им лабиринте.

Майя хотела, чтобы он умер. Она хотела, чтобы он корчился у нее под ногой, пока она будет вдавливать каблук в его горло. А потом она хотела, чтобы Рагнар оказался рядом и наблюдал, как ее истинный убивает его самым жестоким способом, какой только мог придумать такой талантливый тролль, как он.

Она не знала, сколько времени длилось это действо. Знала лишь, что стояла там, пока ее ноги не заныли и не посинели. Но она терпела. Наблюдала за каждой смертью, чтобы никогда не забыть этот момент.

Пока охранники не подошли к ним сзади. Тогда она посмотрела на короля, который встал и поднял руки. Он закричал, хотя она не представляла, как его можно было услышать сквозь крики толпы, жаждущей смерти.

— На этом бои в лабиринте завершены! Оставшимся в живых я преподнесу приз на этот вечер!

Он указал на ряд женщин, и Майе оставалось лишь надеяться, что ее отдадут Рагнару. Она видела его там, внизу. Она собиралась добраться до него. Никто не сможет ее остановить.

Охранник, в которого она плюнула, схватил ее за руку и злобно тряхнул.

— Ты ведь хотела тролля, не так ли? Идем, сука. Посмотрим, останешься ли ты такой же злой после вечера с одним из этих монстров.

— Они не монстры.

— Этот — монстр, — пробормотал он, оттаскивая ее от остальных.

Роза попыталась схватить ее за руку, но ее пальцы выскользнули из руки Майи.

— Будь осторожна, Майя! — крикнула она. — Он убил всех остальных!

Убил всех остальных? Что могло заставить тролля сделать такое? Все тролли, которых она встречала, ценили жизни женщин гораздо больше, чем просто… убивали их. Она, пошатываясь, поплелась за охранником, скрываясь в тенях, которые ослепили ее после столь долгого пребывания под ярким светом.

Прежде чем она успела понять, где они находятся, охранник уже втолкнул ее куда-то со злобным рычанием.

— Удачи, троллья подстилка.

А затем наступила тишина. Она стояла очень тихо, ожидая, пока к ней вернется зрение. Если бы это была камера Рагнара, она была уверена, что он бы уже сжал ее в своих объятиях. Значит, это был не Рагнар. А значит… Это мог быть кто угодно.

Глубоко вздохнув, она начала с правды.

— Если ты один из троллей, с которыми я пришла, то знай: я — троллья жена Рагнара.

Из угла послышался шорох. Медленно, очень медленно, она повернула голову, чтобы посмотреть на тролля, скорчившегося в углу. Он сидел к ней спиной, а над его головой возвышались рога. Черты, которых она никогда раньше не видела у их народа, и этого было достаточно, чтобы заставить ее замереть. Она догадывалась, кто он такой и насколько опасен.