Я удивленно моргнула: «Что именно?»

«То, что ты раскопала о моем прошлом, — процедил он сквозь зубы. — Теперь ты меня боишься?»

Я чуть было не рассмеялась вслух. У меня и до этого было вагон и маленькая тележка веских причин до смерти его бояться. Но я прекрасно поняла, о чём он. Боялась ли я его теперь, зная о бойне? В мыслях на миг пронесся страшный образ черного монстра, безжалостно выжигающего других всадников и драконов. Но ведь меня он защитил от ярости Трибунала. И лично мне он никогда не причинял вреда.

— Я не знаю, что и думать, — честно призналась я. — Но я дала тебе слово. Сказала, что помогу выяснить, что случилось с тобой и твоим родом, и я по-прежнему намерена сдержать это обещание.

Мои слова тяжелым эхом повисли в прохладном ночном воздухе.

«Человек, который держит свое слово… — Никсарис издал низкий, утробный рокочущий звук. — Это гораздо больше, чем то, на что я вообще мог рассчитывать».

У меня болезненно сжалось сердце от той беспредельной меланхолии, которая сквозила в его фразе.

«Я во всем разберусь. Ради нас обоих. Я тебя не подведу».

И в глубине души я четко осознавала, что говорю чистую правду. Я понятия не имела, кем именно мы приходились друг другу, ведь истинные узы всадника между нами так и не сформировались. Но в какой-то момент я поймала себя на мысли, что перестала видеть в этом колоссальном существе врага, начав воспринимать его как кого-то, кто очень близок к понятию «друг».

Да, возможно, в прошлой жизни он был безжалостным палачом и массовым убийцей. Но сейчас он ничего об этом не помнил. В конце концов, я и сама происходила далеко не из святого семейства — мой отец совершил чудовищные, непоправимые преступления. Но даже он перед смертью умудрился совершить правильный поступок. Так имею ли я право судить дракона? Никсарис заслуживал свой второй шанс. Свое наказание он уже отбыл сполна.

Никсарис летел уверенно и ровно, но его гигантские крылья больше не рассекали воздух с прежней яростной, разрушительной силой.

«Скоро ваша публичная оценка Трибунала», — наконец прервал он молчание.

Я обреченно поморщилась: «Пожалуйста, не напоминай».

«Тебе придется продемонстрировать им силу, — продолжил ящер. — Абсолютную власть надо мной. Ровно столько, чтобы полностью удовлетворить их извечную жажду крови».

— Ну, значит, я с треском провалюсь, — напускно пошутила я. — Зато тебе больше не придется терпеть мое присутствие.

Никсарис шумно фыркнул, и в холодную ночь над его головой поднялся плотный столб белого пара: «Ты можешь полностью рассчитывать на мою помощь».

Я опешила и захлопала ресницами: «Что? Серьезно?»

«Мы не тренировались, это верно. Но в моей памяти осталось достаточно боевых маневров, чтобы разыграть перед ними убедительный спектакль. Я заставлю этих аристократов поверить, будто ты полностью меня контролируешь».

В горле мгновенно встал густой ком от подступивших слез.

— Спасибо, — тихо, искренне выдохнула я.

«Ты дала обещание, маленькая всадница. И меньшее, что я могу сделать в ответ — это убедиться, что ты выживешь и доведешь наше дело до конца».

Его массивные крылья плавно изменили угол наклона, унося нас всё выше и выше, в бескрайнее звездное небо.

ГЛАВА 23 — МЕДРА

После ужина в общей комнате Башни Дракхэрроу было тише, чем обычно, хотя несколько студентов задержались, болтая или работая над домашним заданием. Большинство из них были блайтборнами. К моему удивлению, поблизости не было никого из Высокородных, питающихся от рабов. Возможно, это объясняло более непринужденную атмосферу.

Что касается меня, я решила, что больше не буду прятаться в своей комнате. Если бы я сейчас застряла в Доме Дракхэрроу, я бы воспользовалась общей комнатой и не позволила Высокородным — или их привычкам в еде — запугивать меня.

Я заняла большой деревянный стол в дальнем конце комнаты, подальше от очага, где было потише. Мои книги и заметки были разложены передо мной в хаотичном беспорядке, пока я работала над эссе для «Сада алхимика». Оно должно было быть написано на следующий день. Я знала, что Флоренс закончила свое неделю назад. В порыве энтузиазма она даже пересчитала количество слов и теперь беспокоилась, что профессор Алленвейл может не принять дополнительные страницы. Она спросила, не нужна ли мне помощь с моим собственным эссе, но я беззаботно отмахнулась, заверив, что со мной всё в порядке.

Теперь я сидела и размышляла, достаточно ли убедительно утверждение моего тезиса: «Двойные свойства миртлифа как восстанавливающего энергию и противоядия от ядов подчеркивают его важность в алхимических практиках и его потенциал как инструмента выживания».