Мы все с интересом наблюдали за ним, даже Виша.

— Это то, с чем тебе приходилось иметь дело всё лето? — спросила я, наблюдая, как пушистик в бешенстве носится по комнате и опрокидывает стопку книг.

Флоренс рассмеялась и покачала головой.

— Иногда. Моей маме нравится говорить, что он наш худший библиотечный покровитель. Мне несколько раз приходилось его провожать.

— Твоя мама пускает щенка в библиотеку? — с интересом спросил Тео. Он быстро поднял руки. — Я никому не собираюсь рассказывать.

— Она действительно любит Невилла, но «пускает» — это слишком сильно сказано. — Флоренс наклонилась и подобрала пушистика, когда он попытался пробежать мимо нее. — Теперь достаточно, Невилл. — Она отнесла его на кровать, где лаффин улегся, тяжело дыша.

— Я думаю, он переутомился, — сказала я, разглядывая маленькое существо. — По крайней мере, на сегодня. — Я посмотрела на Флоренс. — Значит, он жил с тобой в библиотеке?

— Я живу не в библиотеке, Медра, — сказала Флоренс, смеясь. — У моей матери несколько комнат. Я жила там с ней все лето. Невилл иногда оставался у меня на ночь. Но я видела его не каждый день. Иногда он исчезал. Я думала, он бродил по замку. — Она намеренно не смотрела мне в глаза. Я знала, что мы обе думали о том, к кому Невилл, вероятно, наносил визиты.

Блейк не приводил лаффина повидаться со мной летом. И он не тайком приводил Флоренс. Потому что не мог или потому что решил не делать этого?

— Держу пари, он пробирался на кухню, — заметила Виша. — Посмотри на него! Он такой толстый, что его можно раскатать.

— Это не так, — чопорно ответила Флоренс. — Он просто немного прибавляет в весе перед зимой. Как белка.

Тео рассмеялся.

— Блейк, наверное, тоже его кормил. Невилл вынюхивал что-то вокруг башни Дракхэрроу с тех пор, как я вернулся. Очевидно, он уже чувствует себя здесь как дома. Посмотри на него, он практически лоснится.

Я нахмурилась, думая о том, как Блейк ухаживает за пушистиком. Это не вязалось со всем остальным, что я знала о нем. Какое-то время я верила, что Блейк способен заботиться о чем-то еще, кроме себя или своего драгоценного Дома. Но я ошиблась.

Невилл снова выдохся. Он бесформенной кучей рухнул к ногам Виши. Высокородная девушка осторожно протянула руку, чтобы погладить его белый живот.

— Он такой мягкий, — сказала она с удивлением. — Я никогда раньше его не гладила.

Я улыбнулась. Наконец-то мы нашли то, чего Виша еще не делала.

В комнате воцарилась тишина. Тео налил себе немного холодного чая и передал мне вторую кружку. Затем он откашлялся и нерешительно посмотрел на меня.

— Итак, — начал он старательно небрежным тоном. — Как идут дела у вас с Блейком?

Воздух сразу же стал тяжелым. Виша перестала гладить Невилла. Флоренс неловко поерзала на кровати.

Я не смотрела им в глаза.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я, изображая неведение.

Тео вздохнул.

— Я был там, Медра. Сегодня на Суде. — Он взглянул на Вишу. — Вы, наверное, слышали?

Высокородная девушка кивнула.

— И Флоренс в конце концов получит сокращенную версию, я уверен, — сказал Тео, глядя на моего другого друга. — Все только об этом и говорят. Ты разбудила грёбаного дракона. И теперь ты просишь расторгнуть вашу связь с Блейком.

— И все утверждают, что этого не может быть, — резко напомнила я ему. Я оглядела каждого из них. Я знала, что Флоренс была моим другом. Я хотела, чтобы Виша была. Тео тоже. Но двое из них были Высокородными. Их лояльность была… натянутой. Я взвесила, сколько я должна сказать. — Блейк связался со мной без моего согласия. Он дал мне свою кровь перед Играми Консортов. Он не сказал мне, какими будут реальные последствия обмена кровью. А потом он испил моей крови без разрешения, после окончания Отборочного дня, там, во Дворе Дракона.

— Так вот почему дракон проснулся? — спросила Виша, широко раскрыв глаза.

Я покачала головой:

— Нет, я так не думаю. — Мне не хотелось объяснять, что намного раньше был совершенно другой кровавый ритуал.

Тео и Виша обменялись взглядом — полным понимания Высокородных. Я посмотрела на Флоренс. Она была блайтборном. Она понимала. А понимали ли они? Пропасть в комнате внезапно показалась широкой.

— В этом нет ничего необычного для Высокородных, — прямо сказала Виша. — Я имею в виду, мы обычно не берем в консорты блайтборнов. Но архонты часто могут делать все, что захотят. Это терпимо, даже…

— Прекрати, — перебил Тео. — Это неправильно, Виша. И ты это знаешь. Всё должно быть не так.

Я не была уверена, имел ли он в виду соглашение между консортами и архонтами, или блайтборнами и Высокородными, или все это. Виша приподняла бровь, но ничего не сказала.

Тео продолжил:

— Ты знаешь, до отца Блейка дела у блайтборнов были хуже. Намного хуже. Теперь Виктор работает над тем, чтобы разрушить все, за что боролся его брат.