Неужто это проекция самого таинственного измерения над серой мглой? Его собственная форма мифического существа? Эдакая хтоническая жуть калибра нулевой Последовательности, достойная истинного божества?

И лишь благодаря непробиваемому барьеру тумана это зрелище скрыто от обывателей, а весь сокрушительный удар и осквернение принимают на себя исключительно мастера Пути «Судьбы», способные заглянуть за грань? Впрочем, именно этот же щит из серой мглы милостиво спасает их от неминуемого, фатального распада, что ждет любого смертного, дерзнувшего взглянуть в лицо истинному богу. Правда, и выудить из этого хоть каплю полезных знаний им тоже не по зубам…'

Поразмыслив над этим еще немного, Клейн пустил в ход свой багаж талантов прорицателя, отчаянно силясь препарировать сокрытую в видении символику:

'Ослепительные врата до боли смахивают на тот самый символ, что высечен за спинкой кресла «Ученика». А может, это прямая отсылка к самому мистеру «Дверь»…

Бесчисленные, наслаивающиеся друг на друга сферы — точная калька с моего образа для медитации. А ведь его я позаимствовал из фантастических книжек про богов прямиком с Земли… Это мое подсознание, попав под внешний гнет, выудило самую подходящую ассоциацию? Или же, наоборот, мой выбор образа виртуозно перекроил то, как именно выглядит проекция серой мглы в реальности?

Гротескные прозрачные черви… Очень уж они смахивают на ту извивающуюся мерзость, что восседала на исполинском троне главного пика Хорнакис, пускай и с легкими отличиями. Стало быть, это атрибут «Шута» — нулевой ступени Пути «Провидца»? А вот тех, мутноватых, я толком и не разглядел, судить не берусь…

А этот иссиня-черный, грязный налет на вратах… Он неумолимо отсылает к тем самым недосягаемым пучинам таинственного пространства, куда мне пока заказан ход… Помнится, когда я взобрался на самую вершину той световой лестницы, в клубящихся над головой облаках тоже проглядывала точно такая же мерзкая, чернильно-синяя тень…'

Промучившись с этими головоломками добрых полчаса и так не нащупав железобетонных ответов, Клейн благоразумно задвинул их в самый дальний угол сознания. Оставалось лишь ждать, когда в его руки приплывет свежая порция агентурных сводок и зацепок.

Педантично зачистив комнату от малейших оккультных следов, юноша отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в чертоги над серой мглой. Там он намеревался провести тотальный, дотошный аудит собственного состояния, а заодно прощупать, сохранились ли в теле марионетки Энзо те самые пассивные таланты «удачи» и «бедствий».

…………

Байам, квартал трущоб. В недрах тесной, обшарпанной комнаты.

«Адмирал Звезд» Катлея, восседая за скрипучим столом и устремив взор на входную дверь, уловила выверенный, ритмичный стук.

— Входи, — произнесла девушка, совершенно не утруждая себя попытками замаскировать голос.

С протяжным скрипом створка отворилась, пропуская внутрь наглухо закутанного в черный плащ с низко надвинутым капюшоном «Повешенного».

Окинув взглядом этот излишне театральный маскарад, Катлея привычным жестом поправила массивные очки на переносице и с легкой усмешкой бросила:

— Сунься ты на улицу в таком виде, и не пройдет и пяти минут, как тебя возьмут в кольцо цепные псы из Церкви Повелителя Бурь.

Сама пиратка сидела с открытым лицом. Она кристально ясно понимала: слух о том, что Герман Воробей ступил на борт её «Будущего», уже давно разлетелся по всем океанским просторам. Для прожженного «Повешенного» не составит ни малейшего труда сложить два и два, безошибочно вычислив в леди «Отшельнике» саму «Адмирала Звезд».

Элджер благоразумно пропустил шпильку мимо ушей. Наглухо затворив за собой дверь и с лязгом отодвинув стул, он, ничуть не уступая в язвительности, парировал:

— Выйди ты на улицу с открытым лицом — финал будет тем же.

Подтекст читался без труда: будучи второй по значимости фигурой в семерке пиратских адмиралов, уступая лишь «Адмиралу Ада», да еще и угодив в списки главных подельников Германа Воробья, Катлея нынче была дичью номер один для Церквей Бурь, Ночи и прочих лож. Её казенный ценник уже взлетел до баснословных 45 000 фунтов. Сунься она в любой порт без маскировки — и стоит какой-нибудь дворняге ее опознать, как на нее мигом обрушится лавина смертоносных проблем.

Катлея едва уловимо, соглашаясь, кивнула. Переведя тяжелый взгляд на скрытое во мраке капюшона лицо «Повешенного», она произнесла:

— Передо мной ломать комедию с маскарадом — затея абсолютно пустая.

— Впрочем, я уважаю твое право на паранойю.

С этими словами она так и не сняла свои громоздкие очки.

«А хватки и самоуверенности ей не занимать. Воистину, достойна титула „Адмирала Звезд“…» — мысленно констатировал Элджер, чье лицо под глубоким капюшоном скрывала еще и маска. Не став больше мусолить тему конспирации, он перешел прямо к делу:

— Благодарю за готовность подсобить.

«Адмирал Звезд» Катлея, небрежно опершись правой рукой о левый локоть, произнесла: