Одно из лиц, зажатых в правой руке Рейнетт Тинекер, тотчас же распахнуло пасть и мертвой хваткой вцепилось в бумагу. В следующее мгновение жуткий силуэт поблек, бесследно растворившись в недрах духовного измерения.

Проводив ее взглядом, Клейн с шумом выдохнул. Развернувшись, он покинул главную спальню и проследовал в ту самую полуоткрытую гостиную с просторным балконом, где с напускной безмятежностью принялся листать свежую прессу.

Дождавшись глубокой ночи, он, прежде чем погрузиться в горячую ванну, отчеканил четыре шага против часовой стрелки и благополучно воспарил в таинственные чертоги над серой мглой.

«Грядущая помощь мисс Шарон и Маричу в краже мумии Тутансеса Второго таит в себе угрозу», — набросав эту фразу, Клейн выудил спрятанный в левом рукаве цитриновый маятник и приступил к прорицанию.

Кристалл послушно начал выписывать круги по часовой стрелке, вот только амплитуда была ничтожно мала, а темп — донельзя тягучим.

«А это значит, что риск минимален… И даже если Школа Розы и впрямь расставила там капкан на Шарон и Марича, с моим нынешним арсеналом бояться мне нечего…» — Клейн властным жестом поманил к себе полупрозрачную, крошечную реликвию, и «карта из черного кристалла» послушно легла ему прямо в ладонь.

Это был не кто иной, как амулет «Похититель судеб»!

Истинный шедевр полубожественного калибра, выкованный самим Клейном из мертвого «Червя Времени»!

Не теряя ни секунды, сыщик призвал «Ползучий голод» и «Скипетр Морского бога». Натянув жуткую перчатку и перехватив белоснежный костяной жезл, он сноровисто запечатлел в памяти артефакта заклинания «Шторма молний» и «Торнадо».

— И пускай «Ползучий голод» претерпел чудовищную мутацию и обновил свой арсенал, опираясь на душу и характеристики мистера Икс, он по-прежнему мог хранить лишь два заимствованных таланта полубожественного уровня, не превышающих третью Последовательность… Заполучив этот козырь, Клейну больше не требовалось то и дело таскать с собой «Дневник путешествий Леймано». Это изрядно развязывало руки, ведь жонглировать в пылу схватки магической книгой, револьвером «Похоронный звон» и амулетом «Похититель судеб» было физически немыслимо — разве что он отрастил бы себе еще парочку лишних конечностей.

Завершив все приготовления и вооружившись до зубов, Клейн низвергся обратно в реальность. Выудив чистый лист бумаги, он лаконично, без лишней воды набросал:

«Жду точных координат, времени и деталей плана».

…………

В час ночи Леонард, выкроив себе пару часов на спасительный сон, проснулся свежим и полным сил. Он уже изготовился покинуть дом номер семь по улице Пинстер и направиться прямиком в подземелья собора Святого Самуила.

Едва юноша ступил на порог, как его духовная интуиция резанула легким звоночком, заставив на чистых инстинктах скосить глаза в сторону.

Слегка недоумевая, поэт подошел к стене и приоткрыл дверцу почтового ящика.

Еще за ужином он скрупулезно выгреб оттуда всю прессу, ворох счетов и писем. По логике вещей, до самого рассвета нутро ящика должно было зиять пустотой, ведь все почтальоны давно спали в своих постелях. Однако прямо сейчас на металлическом дне сиротливо, в абсолютной тишине покоился тонкий конверт.

— Старик, а ты чего не шепнул, что мне почту подкинули? — глухо пробормотал Леонард, перехватывая послание.

В его разуме гулким эхом раскатился всё тот же слегка надтреснутый, старческий баритон:

— Никаких визитеров здесь не было.

Прекрасно осознавая, что сенсорика древнего ангела намертво заперта в границах его собственного тела, Леонард благоразумно не стал развивать эту тему. Сорвав печать, он выудил бумагу и развернул её.

Лист зиял девственной белизной, и лишь в самом центре кристально четко виднелась одна-единственная короткая фраза:

«Амон уже здесь».

Амон уже здесь… Зрачки Леонарда мгновенно расширились, судорожно вбирая в себя эти леденящие кровь слова.

И в это же самое мгновение он впервые в жизни физически, кристально ясно услышал, как затаившийся внутри него паразит издал тяжелый, судорожный «вздох».

Глава 877 Чья ловушка

По правде говоря, у Леонарда не было какого-то четкого представления об Амоне. Поэт знал лишь одно: этот враг наводил на угнездившегося в его теле паразита самый настоящий, первобытный ужас. Именно этот «убийца» в свое время искромсал таинственного, пугающе могущественного старца так, что тот до сих пор едва цеплялся за жизнь. А потому, быстро взяв взбунтовавшиеся эмоции в узду, юноша понизил голос до шепота и спросил:

— Что нам теперь делать?

Слегка надтреснутый старческий баритон раскатился в его голове лишь спустя пару томительных секунд:

— Вряд ли сюда заявилось Его истинное тело. Скорее всего, это лишь один из клонов.