Фрэнк Ли затеплил свечу, и неверный язычок пламени выхватил из темноты длинный стол, сплошь заваленный кусками сырого мяса, грибами, колосьями пшеницы и рыбьими тушками.

Небрежным жестом расчистив эти завалы, он освободил ровно столько места, чтобы уместился один-единственный почтовый лист.

Аккуратно расправив бумагу и подхватив перьевую ручку, старпом с воодушевлением, горящим в глазах, застрочил:

'Мой дорогой друг Герман! Я безмерно рад, что прошлые сушеные грибы пришлись тебе по вкусу. Сдается мне, они таят в себе куда больший потенциал, нежели я предполагал изначально. Как только выдастся свободная минутка, всенепременно подвергну их свежим, дотошным испытаниям.

Поскольку я с головой ушел в тот самый дерзкий эксперимент, о котором ты обмолвился, производство старой партии наглухо свернуто. Да и львиную долю былых запасов эта негодница Нина безжалостно пустила на растопку. Уцелели лишь три последних жалких сморчка — искренне уповаю, что они сослужат тебе добрую службу.

В довесок к ним пересылаю свое новейшее творение! Это особый сорт, способный бурно плодиться в абсолютной темноте, пожирая плоть и кровь. Я вывел целых три разновидности! Первую скрестил с пшеницей — ее можно смело молоть в муку и пускать на выпечку хлеба. Вторая вобрала в себя гены коровы, так что из нее играючи надаивается превосходное молоко. Ну а третья, повязанная с рыбой, может похвастать нежным, освежающим вкусом и поразительно плотной, мясистой текстурой.

Заруби себе на носу самое главное: жрать их сырыми строжайше воспрещается! Варить исключительно в кипятке не ниже девяноста градусов и никак не меньше пяти минут, дабы напрочь выжечь любую активность. Иначе, в каком бы виде эта дрянь ни оказалась у тебя в желудке, она тут же примется агрессивно высасывать все соки из окружающих тканей, не побрезгует даже твоими собственными внутренностями.

И еще один нюанс. Эти малютки абсолютно слепы: им что парная говядина, что прогнившая плоть монстра — всё едино. Переварить паранормальную скверну им не по зубам, а значит, они неминуемо накопят в себе соответствующую отраву или искру безумия.

Нутром чую, что от разношерстной мертвечины они начнут мутировать по-разному, порождая самые диковинные, фатальные угрозы. Вот только подтвердить это железобетонно мне пока не удалось — банально не хватает трупов чудовищ для опытов. Ежели в своих авантюрах наткнешься на подобный материал, слезно молю, черкни посылочку! Мне хватит и самой крошечной щепотки.

Таят ли они в себе еще какие-нибудь подводные камни — одному богу известно. Продукт-то пока сырой, полуфабрикат, довести испытания до ума времени не было…

Уповаю на твою удачу и щедрый улов в грядущих вылазках. Навеки твой преданный друг, Фрэнк Ли'.

Отложив перо, Фрэнк еще раз скрупулезно, от корки до корки пробежался по своему посланию. Довольно хмыкнув, он аккуратно сложил лист и придавил его золотой монетой.

Сноровисто обустроив алтарь для вызова гонца, старпом уже изготовился чеканить заклинание.

Но в этот самый миг он на чистых инстинктах скользнул взглядом по каюте и впал в секундный ступор.

Опомнившись, Фрэнк торопливо сгреб всю наваленную неподалеку землю и выпер ее за порог.

…………

Район Императрицы, роскошная резиденция графа Холла.

Одри, надежно укрывшись в собственных покоях, немигающим взглядом сверлила зажатый в руках стеклянный флакончик.

Внутри плескалась густая, кристально-прозрачная влага. В состоянии абсолютного покоя она уподоблялась безупречному зеркалу, до мельчайших деталей отражая всё вокруг. Но стоило жидкости лишь слегка колыхнуться, как под ее поверхностью бесшумно, словно живые, начинали закручиваться крошечные, завораживающие водовороты.

Это был не что иное, как свежесваренный эликсир «Гипнотизера»!

Девушка уже благополучно переварила зелье «Психиатра» и теперь твердо вознамерилась прорваться на шестую Последовательность еще до того, как столичная ячейка «Алхимии Психологии» соизволит вновь выйти с ней на связь.

Пустив в ход «Умиротворение», дабы привести душевное равновесие к идеальному балансу, Одри легонько прикусила губу. Решительно вскинув флакон, она в несколько жадных глотков осушила магическое варево до дна.

После мимолетной, обжигающей стужи ее рассудок с оглушительным грохотом взорвался! Тело мгновенно пропиталось этой паранормальной мощью, став зыбким и полупрозрачным.

В эту долю секунды ее духовное, астральное и эфирное тела словно намертво сплелись и растворились в теле разума. Девушка воспарила, обратившись чистым, незамутненным сгустком сознания. Она нутром почуяла тот самый связывающий всё живое воедино, бескрайний и бездонный океан коллективного бессознательного, а заодно и раскинувшееся над ним, необъятное духовное небо.