«„Мир“… Не старик, но и не мальчишка. Аура тяжелая и мрачная, кутается в мантию с глубоким капюшоном. Хм, от него веет чем-то мертвенным, нечеловеческим. Похоже на Сеньора или того же „Стального“ Маквити? А может, это проявления какой-то иной, неведомой мне Последовательности…»

«„Фокусник“… Молодая девушка. Облачена в самое заурядное платье в лоэнском стиле. Если не брать в расчет легкую ленцу в осанке, то ничем не примечательна. Такие серые мышки обычно ускользают от внимания быстрее всего, а значит, именно за ней нужен глаз да глаз».

«„Луна“… Юноша. Вальяжная, раскованная поза. Волосы черные, как смоль, а глаза — налитые кровью. И при этом он щеголяет в рясе священнослужителя Матери-Земли… Подобный гротескный симбиоз может означать лишь одно — передо мной вампир…»

«А резиденты Клуба Таро господина Шута оказались отнюдь не так просты. Один лишь беглый осмотр — и уже вырисовываются ниточки к двум великим Церквям…» — «Отшельник» Катлея отвела взгляд, скрестив его с как раз повернувшейся в ее сторону «Справедливостью» Одри.

Уловив немой вопрос в глазах девушки, она сдержанно кивнула:

— Отшельник.

Произнесла это Катлея на древнем фейсаке, умышленно отказавшись от более привычных ей интисского или лоэнского. Точно так же она общалась и с господином Шутом во время их первой, приватной беседы.

К тому же ее внимание зацепила одна немаловажная деталь: господин Шут назначил время собрания ровно на три часа пополудни, подчеркнув, что время это — баклундское.

«Служит ли это доказательством того, что костяк ложи в данный момент составляют уроженцы Лоэна?» — Катлея сделала для себя вполне закономерный вывод.

— Справедливость, — с мягкой улыбкой отозвалась Одри. — Добрый день, леди Отшельник.

Юная аристократка не преминула подметить те скупые микрожесты незнакомки и мигом выстроила в уме лаконичный портрет:

«Дама в высшей степени осторожная, с богатейшим опытом выживания в паранормальном мире. Сдержанная, но отнюдь не робкая. Обладает непоколебимой уверенностью в собственной наблюдательности или неких мистических талантах, завязанных на зрении. А её облачение вкупе с болтающимся на поясе коротким скипетром красноречиво намекают, что её Последовательность тяготеет к глубинному оккультизму. Впрочем, это еще требует проверки — вдруг это лишь эксцентричная прихоть».

Тем временем «Отшельник» Катлея тоже смогла во всех деталях разглядеть наряд мисс «Справедливости»:

'Ее ушки украшают изящные серьги-подвески. Тончайшая работа, в центре — изумруды чистейшей воды, безупречно подчеркивающие цвет ее глаз. Вещица баснословно дорогая…

Ожерелье на шее отличается поистине уникальным дизайном: щедро усыпано россыпью бриллиантов, которые и не сосчитать с первого взгляда, но при этом ни капли не отдает вульгарностью…

Ее приталенное платье цвета слоновой кости на вид кажется строгим, но пленяет своей утонченной грацией. Крой настолько безукоризнен и легок, что это несомненно творение какого-то прославленного кутюрье…'

По мере того как эти кричащие о богатстве детали складывались в единую картину, Катлея невольно зажмурилась.

«Девчонка лет семнадцати-восемнадцати… Сказочно богата… Манеры и стать выдают в ней аристократку весьма высокого полета. Лоэнская знать?» — Катлея и сама не поняла, отчего внезапно так тяжело и горько вздохнула про себя.

Когда «Справедливость» Одри завершила круг приветствий, Клейну уже не было нужды утруждать себя лишними словами: старожилы Клуба Таро успели познакомиться с леди «Отшельником», а она, в свою очередь, присмотрелась к ним.

Едва устроившись поудобнее, Одри вновь устремила взор во главу древнего бронзового стола:

— Господин Шут, в силу того, что я находилась в отъезде, мне удалось раздобыть лишь одну страницу из дневников Рассела.

На прошлом собрании она преподнесла два листа, и ей оставалось передать еще два, чтобы окончательно погасить долг. Увы, прозябая в загородном поместье, она, даже исправно нанося визиты в город, смогла наскрести лишь одну-единственную страничку.

К тому же, памятуя о присутствии новичка в лице леди «Отшельника», девушка благоразумно не стала поминать вслух ни «Алхимию Психологии», ни Баклунд, ни графство Ист-Честер.

«Дневники Рассела… Дневники⁈» Катлея титаническим усилием воли подавила рвущийся инстинкт резко повернуть голову и уставиться на сидящую по ту же сторону мисс «Справедливость».

В ее памяти с кристальной точностью всплыл тот самый момент, когда один высокий и неземной красоты силуэт с горечью проронил:

«Это не просто записи, это его личные дневники. Вот только, кроме него самого, эту тайнопись не суждено прочесть ни единой живой душе».

«Резиденты Клуба Таро в курсе, что манускрипты Рассела — это дневники? А господин Шут целенаправленно их коллекционирует? Неужто Он вскрыл этот шифр и теперь жаждет докопаться до секретов, сокрытых в той эпохе? Воистину, Его повадки всё больше напоминают поступки восставшего из небытия древнего божества…» — вихрь недоуменных и потрясенных мыслей закружился в голове Катлеи.