– Значит, не молитесь. Ну, вот это вам за то, что вы не молились. Покайтесь и все будет тип-топ. И вообще, что вы так переживаете? Кушайте.

– Ты специально произносишь это слово вместо «ешьте», чтобы меня позлить?

– Да нет, ну что вы? А вам не нравится?

– Не нравится.

– Тогда постараюсь пореже произносить это слово. Кушайте, кушайте, а то остынут.

– Старание – не твой конек.

Снова отпив приличную порцию виски, Арестов на удивление берет чебурек и отправляет его в рот.

– Они не проститутки.

– Конечно, нет. Вы сказали девочки. Вот я и привела вам девочек.

– С огнем играешь, Катерина.

– Я выполнила ровно то, что вы сказали.

– Захлопнись.

Он продолжает методично напиваться, в то время как двое его дружков на полном расслабоне, после выпитого, начинают хохотать с моими девочками. Более того, один из них включает музыку и моя тяжелая артиллерия принимается танцевать.

– Мне кажется, она положила на вас глаз, Кирилл Владимирович. Как она вам? – киваю ему на «подстреленную».

– Люблю женщин с изюминкой.

– Прическа ее главная изюминка, да?

– Усы.

– Да? Я не замечала.

– Ну, после такого причесона на башке, усы можно не заметить. Но у меня глаз на них наметан. Ты не выполнила задание, Катя. Как будешь расплачиваться?

– Кстати, об оплате. Вы за сапоги не заплатили. Денежку переведете?

– Скажи мне, а тебя в детдоме не били? – очень интересно. Нафига он интересовался моим прошлым?

– Били.

– По голове?

– Нет.

– А такое ощущение, что да. С моим отцом ты так же себя вела, как и со мной?

– С ним я притворялась более милой.

– Ты настолько отвратительна, что меня это вставляет, – усмехаясь произносит он, беря бутылку с виски.

– Какой-то сомнительный комплимент.

– Это был не он.

Он встает из-за стола и внаглую тянет меня за руку. Несмотря на то, что он прилично выпивший, идет он очень быстро, не спотыкаясь, в отличие от меня. Открывает дверь и пропускает меня вперед. Не нравится. Вот совсем мне не нравится то, что он закрыл дверь.

– Ну, раз не привела ночных жриц, выполняй за них их обязанности.

– Как это не привела? Очень даже привела. Там ого-го какие жрицы.

– Ну, жрут-то они, конечно, за троих. Давай, Екатерина.

Хотела бы я сказать, что мне ни капельки не страшно, но проблема в том, что Арестов снимает халат. Это что за фигня?

– Мне кажется или вы снова оказываете мне знаки домогания?

– Я хочу массаж.

– Параанальных желез?

– Оставим мою задницу девственной. Обычного массажа будет достаточного. Хотя, хочу массаж живота.

Арестов как ни в чем не бывало ставит бутылку на полку, ложится на массажный стол и подкладывает под голову руки. Смотрит на меня насмешливо.

– Накидку можешь снять.

– Если я сниму накидочку и буду тереться об вас своими верхними достопримечательностями, то ваша нижняя достопримечательность из лежачего состояния плавно перейдет в стоячее.

– Я как-нибудь это переживу.

– Зато я нет.

Подхожу ближе к столу и беру полотенце. На его трусы стараюсь не смотреть. Просто кидаю полотенце на его нижнюю достопримечательность.

– Как-то в этом действии я не почувствовал уважения.

– Извините, пожалуйста, уважаемый Кирилл Владимирович. Будем делать массаж Туйфу.

– Только что придумала?

– Нет. Он помогает избавиться от трех видов загрязнений в организме: грязный Ци, грязные жидкости и застарелые скопления каловых масс.

– О, да. Всегда мечтал от этого избавиться.

– Ну, мечты сбываются, когда встречаешь Катю.

Как делается массаж – понятия не имею. Просмотренное тысячу лет назад видео не слишком отложилось в моей девичьей памяти. А даже если бы и отложилось, то, когда перед тобой лежит красивое, в меру подкачанное мужское тело, а ты за двадцать пять лет жизни этим не балована, мозг работает плохо. Очень плохо.

– Потекла?

– Потекла тушь? – на мой комментарий Арестов усмехается в голос. Как до него дотронуться? Это слишком интимно. Ладно, абстрагируйся. Подумай о том, что где-то ходит мой Игнат. Другая бы уже тысячу раз позвонила, имея визитку. Но где я и где смелость?

Трогать его тело максимально странно. Уж себе могу признаться – совсем не противно. И пахнет от него, несмотря на алкоголь, безумно вкусно. Пока я усердно провожу ладонями по его животу, вдруг замечаю на плече татуировку. Дежавю. Я видела ее.

– Катерина, я не лампа с джином. Прекращай уже теребить мне одно место.

– Я не тереблю.

Отвести взгляд от его татуировки никак не получается. И только спустя несколько секунд до меня доходит, где я ее видела. Да не может быть! Я совершенно не помню лица мужика из бара. Кроме четкого ощущения, что он был красавчиком, ничего не помню. Женат. Он был женат! А у этого кольца нет.

– Вы когда-нибудь были женаты? – скажи нет, пожалуйста!

– А что?