– Так чего ж ты на ней сам не женился?

– А зачем, если у меня была Анхен? Мне повезло, а тебе – не очень, но это неважно – порядок есть порядок, он превыше всего! И да, возвращаясь к твоему вопросу о том, что я делаю, я тебе отвечу – я восстанавливаю порядок! Я не хочу, чтобы ты был примером для прочих, не хочу, чтобы мои дети вспоминали о тебе и думали, что тоже так могут, да и деньги не помешают…

– Какие деньги?

– Как какие? За тебя была объявлена награда! Очень немалая, кстати. А мне деньги пригодятся – Анхен беременна вторым ребёнком, а приличная жизнь в Китае стоит немало.

Глава 70. Поездка на тридцать сребреников

Герман смотрел во все глаза на светлую, аккуратно уложенную шевелюру – даже от перетаскивания в машину его тела у кузена ни один волосок из причёски не выбился, смотрел и не узнавал – словно какой-то чужак захватил его брата, его друга. Единственного, кому он в детстве доверял по-настоящему.

– Чего ты так на меня уставился? – возмутился Фридрих. – Неужели же ты думал, что я поддержу твоё возмутительное поведение?

– Думал, что, по крайней мере, предавать не будешь, – негромко ответил Герман.

– Да я и не предаю, а пытаюсь сделать так, чтобы всем было хорошо – восстанавливаю порядок.

– И кладёшь в карман свои тридцать сребреников, – добавил Герман.

– Слушай, это вообще-то не очень важно, да, приятная добавка, но не более! – отмахнулся Фрид. – Если бы ты вёл себя как положено, то, конечно, я не стал бы этого делать!

– Ты хоть понимаешь, на что ты меня обрекаешь? – Геннадий не стал бы с ним говорить, но от осознания этого предательства ему стало плохо, так плохо, что, кажется, сердце разорвётся, вот он и пытался хоть немного выбраться из этого состояния, пусть даже таким образом.

– Ой, вот только трагедий не надо… Ну возьмёт тебя Марианна в мужья, да и дело с концом!

– Её отец запретил ей выходить за меня замуж. Тем более что родители от меня отреклись.

– Дааа? – удивился Фридрих. – Интересно, и зачем же ты ей тогда понадобился?

– Может, ты бы сначала выяснил? – без особой надежды предложил Геннадий.

– Я уверен, что всё и так благополучно разъяснится! – уверенно ответил ему кузен. – Марианна – фроляйн из хорошей семьи, прилично воспитанная… Наверняка её намерению получить тебя есть разумное объяснение.

– Есть, конечно – со мной же можно сделать что угодно! – жёстко усмехнулся Герман. – Ни с одним другим она так не сможет – кто же ещё будет в её полной власти.

– Не преувеличивай, – было очевидно, что Фридриху глубоко безразлична дальнейшая судьба двоюродного брата. – Ничего такого с тобой не случится! В любом случае, лучше уж быть слугой у Марианны, чем у того возмутительного выскочки-Соколовского.

– Кстати, а ты понимаешь, что только что украл у него имущество?

– Что? Какое имущество? Я слышал, что ты ему денег должен, но Марианна сама с этим долгом разберётся, не сомневаюсь.

– Ты отстал от жизни! – уверенно сказал Геннадий. – Я пошёл на службу к Соколовскому под клятву!

– Что? – изумился Фридрих. – Ты? Ты пал так низко?

– Не ниже тебя, предатель! – процедил Геннадий.

– Ну уж нет! Я-то думал, что просто восстановлю порядок, а теперь понимаю, что делаю абсолютно необходимую для нашего рода арбайтен – ты… ты же позор для всех нас!

– Каким образом? От меня отреклись!

– Да, но даже слух о том, что ты стал рабом, невозможно испортит нашу репутацию! Ты даже хуже, чем я думал! Ты не просто попрал наши традиции своей строптивостью и непокорностью, ты… ты стал грязным пятном на нашей фамилии!

– Не понимаю, как мои дела теперь вас касаются! – скривился Геннадий. – Однако за похищение этого «грязного пятна» ты будешь нести ответственность перед Соколовским!

– Во-первых, никто не знает, что тебя увёз именно я, а во-вторых, это уже будут проблемы Марианны, – усмехнулся Фридрих. – Короче, мне безразлично что там будет делать этот… актёришка! Я так и не понял, с чего это вокруг него всякие дурацкие слухи! Ладно, если бы он был… ну, чернокнижником, я бы мог осознать отношение к нему, но он же не имеет никаких таких сил. Просто пшик, пустое место! Да, у него есть финансовое чутьё, но мы от него не зависим, а раз так, то мне безразлично, что там твой хозяин предпримет!

– Правда, Фридди? – нехорошо ухмыльнулся Геннадий. – Ну как скажешь, только потом не жалуйся на судьбу!

– Герман, да ты не переживай, моя судьба всегда была, есть и будет гораздо удачнее твоей! – добродушно рассмеялся Фридрих. – Я точно знаю правила и следую им, а ты – ты пожинаешь плоды своего отвратительного поведения! Так и в детстве было… Ты всегда выбивался из правил! И не проси меня повернуть назад – я точно знаю, что всё делаю верно!

Герман стиснул зубы, а потом набрал в грудь воздух:

– Да будь ты… – роковое слово уже почти выговорилось, но он сдержался, припомнив старое правило о проклятьях, которые всегда возвращаются.