Королева Маб поднимает очки.

— Миссис Баллантайн, — произносит она с акцентом, в котором лондонский и парижский выговор смешиваются с интонациями Вест-Индии. — Вы извините, что я не присаживаюсь с вами попить чаю. Я в разгаре деликатной процедуры, которую не могу оставить, но я готова говорить.

Пока Королева Маб опускает очки, Айла пользуется моментом, чтобы открыто осмотреть лабораторию. Её взгляд замирает на сушеном розовом цветке.

— Это балмония? — спрашивает Айла.

Королева Маб улыбается, отмеряя что-то в колбу.

— Она самая.

Айла завистливо вздыхает.

— Мой поставщик североамериканских трав берет сумасшедшие деньги, а товар приходит в ужасном состоянии. Я едва могу отличить одно растение от другого.

— Тогда вы должны позволить мне помочь вам найти нового поставщика.

Я оставляю их с их профессиональной болтовней, сдерживая желание порыться в комнате.

— И мисс Мэллори проявляет к нам исключительное терпение, — произносит, наконец, Королева Маб, — но я слышала, что она здесь по официальному делу, а именно — по поводу расследования убийства сэра Аластера прошлой ночью.

— Именно так, — отвечаю я. — Спасибо, что приняли нас.

Королева Маб поднимает колбу на уровень очков и всматривается в неё.

— Спасибо, что обратились через Джек. Я ценю вашу осмотрительность. В будущем, если захотите поговорить со мной, просто попросите кого-то из ваших слуг записаться на прием у миссис Морган. — Она опускает колбу и смотрит на Айлу. — И я бы хотела как-нибудь выпить с вами чаю, дорогая, если выкроите время.

Айла так и сияет.

— Я буду в восторге.

— Я знаю, что мы подходим к науке с разных сторон — вы с химической, а я преимущественно с травяной, — но я бы с удовольствием поболтала о медицине.

— Как и я.

— Теперь, мисс Мэллори… Мне крайне любопытно узнать, чем, по-вашему, я могу помочь в деле человека, который, по всем отчетам, умер либо от удушения, либо от нехватки воздуха. — Она берет банку с полки. — Ведь если это была нехватка воздуха из-за того, что его запеленали в бинты мумии, то его пришлось бы предварительно усыпить. А это, впрочем, скорее область миссис Баллантайн, чем моя.

— На самом деле, речь не совсем об убийстве как таковом. Прежде чем я спрошу… я не утверждаю, что вы замешаны в вещах, о которых пойдет речь, но, возможно, вы сможете направить нас по следу. Мы ищем тех, кто торгует нелегальными снадобьями.

— О, а вот это интересно. Хотя я ценю ваше уточнение, что вы не считаете меня способной на подобную торговню, в этом нет нужды. — Её губы вздрагивают. — Я имела дело со многими субстанциями, которые считаются не совсем законными, если они казались лучшим способом вылечить недуг.

— Ну, это вовсе не способ что-либо вылечить. Это шарлатанское снадобье. — Я медлю, не уверенная, используют ли слово «шарлатанский» в это время и в этом месте. — Я имею в виду, оно фальшивое.

— Да, — отвечает Королева Маб. — Я знаю, что такое «шарлатанское снадобье». Я, если угодно, женщина весьма искушенная и много где бывавшая. Этого добра вокруг полно, и я знакома с большинством видов, особенно с веществами, получаемыми из рогов крупных зверей.

— Бивни слонов и носорогов, — вставляю я.

— И единорогов. Ничто не ценится так высоко, как рог единорога. Знали ли вы, что любая отравленная пища, помещенная в него, немедленно становится безопасной?

Я перевожу взгляд с Айлы на Королеву Маб.

— Она развлекается за твой счет, — говорит Айла. — Вы должны простить Мэллори. Будучи новичком в мире медицины, она не всегда уверена, за какие старые верования мы всё еще цепляемся.

— Это правда, люди действительно верили в очищающие свойства рога единорога, — подтверждает Королева Маб. — В конце концов, эти звери ассоциируются с девственницами. Чисты, как свежевыпавший снег. Рога продавали за астрономические суммы, в основном монархам. Рога единорогов, я имею в виду, хотя уверена, что девственниц тоже. Затем исследователи, путешествовавшие на север, обнаружили настоящую драконью сокровищницу. Рога единорогов, прямо там, на берегу.

Обе они смотрят на меня, и если я и чувствую себя ребенком, которому загадали загадку, то не лишаю их этого удовольствия. По крайней мере, когда у меня есть ответ.

— Бивни нарвала, — говорю я.

— Умная девочка, — одобряет Королева Маб.

— Но разве бивни нарвала не длиной с человека? Какого же размера были те единороги?

Королева Маб вздыхает.

— Ты привносишь логику в царство фантазии. И разве ты не видела средневековые гобелены с единорогами? Рога там очень длинные и тонкие.

— Потому что их рисовали с нарвалов. Роговую часть, по крайней мере. Понятно.