— Если только это не привело к убийству, — добавила я. — Сэр Аластер понимает, что Флоренс украла экзаменационные билеты для мужа. Он грозится вышвырнуть Эммета из университета. Как говорила Флоренс, это катастрофа — одному из них кровь из носу нужна лицензия врача. Она идет в дом сэра Аластера, чтобы поговорить с ним. Проскальзывает внутрь во время предпраздничной суеты и находит его в кладовой с артефактами. Умоляет о пощаде для мужа. Сэр Аластер отказывает. В панике — или в ярости — она убивает его. Прячет в обмотки мумии, чтобы тело не нашли, пока она не скроется. Она сама подтвердила, что знает о ценности мумиё. Поэтому она забирает останки — их квартира явно говорит о том, что они типичные бедные студенты. Вот только она переживает о том, что случится, когда сэра Аластера развернут, и придумывает повод оказаться поблизости во время приема.

Айла кивнула: — Затем она связывается с Белой Дамой, чтобы продать мумиё, зная о её связи с бывшим студентом-медиком. А когда выясняется, что ключ и шифр были украдены, её муж бросается на амбразуру и берет вину на себя, придумывая нелепые оправдания.

Грей взял еще один кусок пирога.

— Но это означает, что её муж либо знал, либо догадывался о том, что она совершила.

— Понял ли он, что она украла вопросы? — спросила я. — Знал ли он про мумиё? Он утверждал, что нашел то письмо в мусоре — то самое, от человека, искавшего мумиё. Какое поразительное совпадение. Было ли это топорной попыткой снова отвести подозрение — на этот раз на какого-то необразованного третьего лица, у которого якобы могут быть останки? — Я покачала головой. — Черт возьми. Я пытаюсь втиснуть квадратные колышки в круглые дырки. Сначала это казалось решением, но Флоренс вписывается в роль убийцы ненамного лучше Селима Авада.

— Возможно, потому что мы смотрим не с того угла, — предположила Айла. — Не на того преступника, основываясь лишь на почерке.

Я уставилась на неё. А затем разразилась чередой ругательств.

— Ну конечно. Шифр казался написанным женской рукой, как и письмо Белой Даме. Для записки из квартиры Кингов очевидным автором была миссис Кинг. Для письма Белой Даме она тоже подходила. Но мы строим всё это на убеждении, что писала женщина, потому что почерк выглядит «женственным».

— Хотя это вполне может быть мужчина с типично женским почерком, — подхватил Грей. — Тот, кто подходит под остальные критерии и уже взял на себя вину за шифр.

— Эммет Кинг.

Как подозреваемый, Эммет Кинг действительно подходит лучше. Мне всё еще не нравится подозревать приятного молодого человека, который поддерживал новаторские усилия своей жены и других женщин. Но в остальном — всё сходится.

Эммет берет ключ — в чем он уже признался. Использует его, чтобы украсть вопросы к экзаменам. Его ловят, и он идет объясниться с сэром Аластером, который в итоге оказывается мертв. Сценарий тот же, что мы примеряли на его жену: он идет просить о снисхождении, сэр Аластер отказывает, завязывается потасовка, в ходе которой Эммет убивает профессора.

Осознав, что натворил, Эммет разматывает мумию и заматывает сэра Аластера, чтобы его не нашли до вечера. Затем, увидев размотанные останки, он вспоминает, что мумиё считается лекарством, он лишь притворился, что прослушал эту часть лекции по истории медицины.

Он также знает о старшекурснике, у которого была выгодная сделка по продаже частей тел какой-то торговке. Это звучит логичнее, чем если бы Флоренс знала бывшего связного Белой Дамы. Большинство студентов-мужчин вряд ли стали бы пропускать по пинте со своими новыми сокурсницами, а уж тем более сплетничать о подработке по продаже человеческих останков.

Знает ли Флоренс, что сделал её муж? Не потому ли она крутилась у дома во время приема? Возможно, но чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю: это опасная уловка, которая изначально и ввела её в круг подозреваемых.

Нет, я думаю, Флоренс уже тогда планировала свой протест, а разговоры о вечеринке с «разворачиванием» мумии натолкнули её мужа на мысль: сэр Аластер будет дома, в особняке воцарится хаос, и это отличный шанс прокрасться внутрь и поговорить с профессором.

Эммет либо знал о туннеле, либо обнаружил его. Он вошел этим путем и вышел им же, столкнувшись с Селимом и вырубив его. Его телосложение в точности соответствует описанию человека, которого Селим видел в туннеле.

Когда мы нагрянули к Эммету на следующий день, у него, должно быть, сердце в пятки ушло. К его облегчению, мы пришли за Флоренс, в чьей невиновности он был уверен. А когда мы вернулись расспросить про ключ и шифр — он на ходу состряпал историю.

Зачем заявлять, будто нашел письмо о мумиё в мусоре? Отвлекающий маневр, хоть и топорный. В конце концов, он знает, что мумифицированные останки пропали, а ведь об этом не объявляли во всеуслышание. Он хотел, чтобы мы искали какого-то необразованного проходимца, который мог прикончить сэра Аластера ради этой мумии. А зачем она тому бедняге понадобилась?

«Мумиё? Впервые слышу. Вы сами были рядом, когда я это сказал».

Не думаю, что у МакКриди возникнут проблемы с тем, чтобы убедить полицию задержать Эммета. В конце концов, он не из знати. Или я, по крайней мере, на это надеюсь.