— Зависит от того, найдутся ли у вас еще монеты.

— Разумеется.

— Тогда стучите. Всё равно вы меня уже разбудили.

Она ушла, а МакКриди решил не ждать, пока я вожусь с отмычками, и просто вышибить хлипкую дверь. Он навалился на неё плечом, и дерево с треском поддалось.

— Отличная работа, — заметил Грей, просовывая руку внутрь, чтобы отпереть замок. — Видишь? Ты ценный член нашей команды, Хью. И не позволяй никому говорить обратное.

Когда Грей начал толкать дверь, я вцепилась в его сюртук.

— Э-э, а как же ловушка?

Он недоуменно нахмурился. Я отодвинула его в сторону, подоткнула юбки и с силой пнула дверь, придерживая остальных сзади. Окно внутри было занавешено, в комнате стояла кромешная тьма. МакКриди чиркнул спичкой, и мы вошли.

Старуха могла сколько угодно называть это квартирой, но комнатушка была размером с чулан. Честно говоря, я была уверена, что именно чуланом она и была, пока особняк не превратили в доходный дом. В лучшем случае — крошечной детской спаленкой.

Это была всего одна комната, футов восемь в длину и вполовину меньше в ширину. Тут хватило бы места только для узкой койки, не более. Но койки не было. На полу валялась куча одеял… а на них лежал мужчина.

МакКриди поднес горящую спичку ближе, и лицо мужчины стало отчетливо видно. Это был Селим Авад.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Мы тут же бросились внутрь. В таком крошечном пространстве не было ни единого шанса, что кто-то затаился в засаде. Селим лежал на одеялах в окружении пустых бутылок и чего-то еще. Что-то, что я и Грей заметили одновременно.

Я сорвала газету с крошечного окна, и в каморку хлынул свет. Повернув голову, я разглядела этот бледный предмет. Отрезок веревки, лежащий прямо рядом с Селимом.

Грей уже склонился над юношей.

— Он жив, — констатировал Грей, проверяя пульс. Он встряхнул Селима за плечо: — Мистер Авад? Селим?

Раздался глухой стон. Грей снова потряс его и позвал по имени. Голова Селима безвольно мотнулась в сторону. Запах перегара перебивал вонь немытого тела. Был и еще один запах. Приторно-сладковатый.

— Рвота, — определил Грей.

Он отпихнул грязное одеяло, испачканное этой самой рвотой, и вернулся к попыткам привести Селима в чувство. Когда он отвесил парню пощечину, я поморщилась, но это сработало. Селим вздрогнул и очнулся, хлопая глазами и озираясь по сторонам.

— Доктор Грей? — Он заморгал еще чаще. — Мисс Митчелл и детектив МакКриди. Где я…? О!

Он попытался вскочить, но пошатнулся, и мужчинам пришлось его подхватить.

— Где я? — спросил Селим, оглядывая каморку. Его взгляд упал на пустые бутылки. — Что это…? — Он снова осмотрелся. — Как я здесь оказался?

— Ну, согласно записке, которую я получил, — произнес МакКриди, — вчера вечером вас видели входящим сюда в сопровождении женщины.

— Что? Нет. — Селим в ужасе уставился на свои руки. — Это не… я не… — Он указал на бутылки. — Это не моё. — Затем он увидел веревку и замер. — И это совершенно точно не моё.

— У нас к вам много вопросов, это очевидно, — сказал МакКриди. — Но для начала нам нужно доставить вас домой к сестре, где доктор Грей сможет осмотреть вас как следует.

Пока МакКриди ловил на улице кэб, я разговорилась с соседкой. Грей снабдил меня монетами, чтобы развязать ей язык. Самым печальным было то, что монетки были пустяковыми. Медяков и «хапенни» оказалось достаточно, так что я не винила её за требование материального стимула. Опасаться стоило лишь того, что она начнет выдумывать небылицы, лишь бы заработать побольше. Поэтому я тщательно выверяла вопросы и платила ей даже тогда, когда она не знала ответа.

Вчера вечером Селима принесли двое мужчин. Совершенно точно мужчины, значит, автор записки врал про женщину, и всё это было чистой воды инсценировкой.

Соседка не смогла описать их точнее, чем «здоровенные и грубые, как докеры». Они не заметили её за приоткрытой дверью, а у неё хватило ума не выскакивать к ним с претензиями по поводу шума. К тому же было два часа ночи, а не полудня.

Селим был в глубоком отключке. «Пьян в зюзю», по её словам — запах спиртного пробивался даже сквозь общую вонь доходного дома. Они затащили его в комнату и ушли. Перед уходом один сказал другому нечто весьма конкретное:

— Ты оставил веревку?

Мне даже не нужно было допрашивать Селима Авада, чтобы понять: его подставили. Мы и так подозревали это по записке и по тому, что нашли его без чувств в окружении пустой тары. К тому же на нем не было сапог, судя по всему, их использовали, чтобы оставить те самые отпечатки, которые привязывали его к нападению на меня.

К тому времени, как я закончила опрос, мужчины уже помогали Селиму спуститься. Я скользнула обратно в каморку, чтобы провести обыск. Грей забрал веревку. Я завернула бутылки в наименее грязное из одеял. Также я заметила, что Грей прихватил и то одеяло, которое было в рвоте. Мерзко, но профессионально.