Устраивать масштабные перестрелки и массовые зачистки в соседнем городе, заранее не уведомив местные власти, было как минимум невежливо и могло нанести непоправимый урон будущим отношениям с местными государственными структурами. Поэтому Лука позвонил мэру и осторожно поинтересовался, не знаком ли тот со своей коллегой – женщиной-мэром Ньюарка. К сожалению, мэр не был с ней знаком, но тут же, с намёком, добавил, что его шеф полиции – давний и хороший друг шефа полиции Ньюарка. Лука намёк уловил мгновенно и позвонил уже шефу полиции Джерси-сити. Немного побеседовав и объяснив причину звонка, он получил от шефа обещание, что всё будет устроено должным образом.

…….

В своей просторной, но уставленной скучной казённой мебелью кабинете, Бернард Освальд, шеф полиции Ньюарка, откинулся на кожаном стуле и глубоко, с наслаждением затянусь только что подожжённой сигарой. Прямо здесь, в его личной крепости, царил знакомый запах – табака, старой бумаги и невидимой власти. Но сегодня его не радовал ни аромат гаваны, ни привычный комфорт. Пять минут назад звонил его старый друг из Джерси-сити и рассказал такое, отчего в душе Освальда поднялось неприятное, холодное и липкое чувство, будто скрутило желудок.

Разрастающаяся не по дням, а по часам семья Сальватьерра решила наконец-то выйти за пределы родного Джерси-сити, и, разумеется, их хищный, цепкий взгляд сразу пал на Ньюарк – второй по значимости город штата, лакомый и не слишком защищённый кусок.

Эти бандиты из Сальватьерра настолько обнаглели от своей силы, что ещё до своего появления в городе решили уведомить местные власти о своём приходе и нагло договориться о взаимном существовании. Неужели эти джерские выскочки считают, что это нормально – приходить и стучаться в дверь, как законные хозяева? И куда, чёрт возьми, смотрят мэр и шеф полиции Джерси-сити?

Хотя их, пожалуй, можно было понять. В отличие от Ньюарка, где орудовали лишь мелкие, грызущиеся между собой банды, в Джерси-сити из-за близости с Нью-Йорком реальной властью были крупные криминальные боссы из большого города, действовавшие через подставных лиц. Там слово закона значило очень мало; любого из городского правительства, кто начинал мешать, просто убирали с дороги. Настолько преступность Джерси-сити была опасна, и оттого вдесятеро опаснее казались эти новички – семья Сальватьерра, которые перебили абсолютно всю преступность в городе и самолично заняли её место, не дрогнув перед гневом йоркских боссов.

– Рассказать об предложении семьи Сальватьерра Оливии? Не-е-ет… – покачал головой Бернард, выпуская облако дыма в потолок. Его лицо скривилось в гримасе отвращения. – Эта тупая, упёртая женщина ни за что не пойдёт на уступки. Она слишком печётся о своей зыбкой власти в городе и государственной кормушке. Любое, малейшее попирательство её иллюзии контроля, и эта дура безголовая сразу же начинает творить херню, не соображая о последствиях.

Оливия Робсон, нынешний мэр Ньюарка, была типичным продуктом своего времени – борец за равенства, зелёную энергию, ярая активистка-зоозащитница и феминистка. Одним словом, она поддерживала любую скользкую инициативу, лишь бы на ней можно было удобно и безнаказанно попилить бабло. Чего только стоил её многомиллионный проект “зелёной энергии”? Когда из 10 выделенных миллионов ей удалось через искусственно завышенные сметы и левые фирмы-подрядчики заработать почти 3 миллиона чистыми.

Шеф полиции знал о всех её мутных схемках до мелочей, и от этого ему было ещё неприятнее. Он ничего от них не получил и, что хуже всего, никак не мог их пресечь. У Оливии был на него старый, но железный компромат, из-за которого шеф был связан по рукам и ногам. Ему приходилось прикидываться смиренной ветошью, закрывать глаза на весь этот циничный попил бюджетных бабок, никак в нём не участвовать и, самое обидное, ничего от него не получать.

Ладно бы только это, но даже скудные деньги, выделенные полицейскому участку, проходили мимо него – всё прибирал к своим наглым рукам зять Оливии, которого она поставила на пост директора по общественной безопасности, – человека, который якобы руководил полицейским участком, ни разу не служа ни в полиции, ни в армии. Его единственным талантом было воровать деньги в тандеме со своей влиятельной тёщей.

Бернард вдруг горько усмехнулся чему-то своему, и, ещё пару минут покурив сигару, решился сделать звонок своему другу из Джерси-сити.

– Я принял решение, – голос его прозвучал твёрдо, без колебаний. – Семья Сальватьерра может рассчитывать на меня, но мэр и директор по общественной безопасности не будут с ними сотрудничать. Никогда. – Бернард широко улыбнулся, и в его улыбке не было ни капли радости. – С моей стороны я попробую оказать максимальную поддержку Сальватьерра, но они должны понимать: пока в городе заправляет Оливия со своим зятьком, нормального, спокойного бизнеса здесь не будет. Вообще.

– Я понимаю, к чему ты клонишь, Бернард, – раздался спокойный, всё понимающий голос шефа полиции Джерси-сити. – Я намекну нашим друзьям, что тебе нужно будет… помочь. Думаю, они не откажутся. Взаимовыгодное сотрудничество – основа процветания.

Бернард сбросил звонок и снова широко улыбнулся, на этот раз с чувством глубокого, долгожданного облегчения.

(Таскмастер)