В стороне, стараясь не привлекать к себе внимания, застыл наблюдатель – сотрудник службы безопасности. Его задача была проста: следить, чтобы объект “Королева зверей” в приступе слепой ярости не добила последнего выжившего нападавшего. Фонд вовремя спохватился, иначе от ценного образца осталась бы лишь кровавая тряпка. Директор жаждал получить от вампира информацию: кто стоял за нападением и какова его цель, а учёные – изучить его уникальные способности. В отличие от сородичей, этот мог управлять собственной кровью.

Прозвучал особенно громкий, пробирающий до дрожи хруст ломаемой кости, и сбшник увидел, как значительный кусок плоти был отделён от частично освежёванного тела. Рядовой понял – медлить больше нельзя. Он был приставлен сюда, чтобы сохранить вампиру жизнь, и планировал исполнить приказ любой ценой.

– Объект 002, остановитесь! Фонду он нужен живым! – жёстко, властным тоном, не оставляющим пространства для возражений, произнёс сбшник и сделал несколько осторожных шагов вперёд.

Мускулистое тело зверолюдки, покрытое слипшимся от крови и грязи мехом, медленно выпрямилось в полный рост, отбрасывая длинную, уродливую тень. Её обезображенное лицо, с зияющей пустотой на месте правого глаза, медленно, с почти механической плавностью повернулось в сторону посмевшего её прервать человека. Картина была сюрреалистично жуткой. Помимо чужой крови, тело Тигры было залито и её собственной – пойманный ею вампир даже в агонии отчаянно сопротивлялся, отстреливаясь сгустками крови. Эти живые снаряды проделали в её теле множество сквозных ран, превратив некогда мощное и грациозное тело в изуродованное подобие.

– Объект 002 – это приказ директора комплекса, немедленно остановитесь! – повторил агент, и в ответ из груди зверолюдки вырвалось низкое, вибрационное рычание, от которого по спине пробежали мурашки. А потом, прямо на его глазах, окровавленные когти снова погрузились в тело вампира.

– Объект 002 обезумел, немедленно пришлите сюда команду сдерживания! – прокричал он в рацию, не сводя глаз с кровавого действа. – Как можно скорее, иначе выживший вампир будет убит!

Тигра отлично слышала переговоры по рации, но они были для неё лишь фоновым шумом, назойливым жужжанием мухи. Всё её внимание, вся её кипящая ярость были сконцентрированы на мычащем сгустке плоти, что совсем недавно был тем платиноволосым мужчиной, который посмел испортить её лицо. Она обещала ему ужасную судьбу и теперь исполняла обещание с методичным, почти ритуальным усердием.

Группа бойцов МОГ прибыла в течение двух минут и вместе с ними прибыл Шелдон. Одного взгляда на окровавленную, дышащую яростью фигуру хватило, чтобы понять – зверолюдка частично утратила свою рациональность. Молниеносно связавшись с Ахмадиевым, Шелдон получил и безоговорочно одобрил единственный мирный вариант решения. Чётким жестом он приказал своим людям оставаться на позициях, а сам начал медленное, осторожное приближение к Тигре.

Та сидела на корточках спиной к нему, её мощная спина была напряжена, а плечи ритмично вздрагивали в такт её мрачной работе. Её обострённое обоняние было полностью забито медным запахом крови, но приближение сзади она уловила чутким слухом. С низким, предупреждающим рыком, одним движением, она развернулась, выпустила когти и встала в полный свой, устрашающий рост, чтобы через секунду узнать того, кто осмелился подойти. Её ярость мгновенно сменилась паническим смятением. Она буквально скукожилась, резко отвернулась, пытаясь спрятать своё лицо в тени.

Тигру охватил всепоглощающий, почти детский стыд и животный страх. Она боялась показывать своё изуродованное тело Шеду больше, чем любой боли. Почти не думая, на автомате, она присела на корточки, стараясь стать меньше, спрятаться, исчезнуть. Она отлично понимала, как это глупо выглядит со стороны, но не могла ничего поделать.

– Чего припёрся сюда? Ты мне здесь не нужен, я вернусь в камеру, как только ты уйдёшь, – неестественно хриплым, металлическим голосом проговорила она, отчаянно надеясь, что парень просто развернётся и уйдёт, не увидев её такой – обезображенной и жуткой. Ей нужно было время, чтобы восстановиться, зализать раны и вновь предстать перед ним со своей восстановленной внешностью.

Но её желаниям, казалось, суждено было разбиться о его спокойную настойчивость. Она услышала за спиной его осторожные, твёрдые шаги, его ровное, тихое дыхание и почувствовала его естественный, ни с чем не сравнимый запах – единственный, что не вызывал у неё тошноты и отвращения. А потом на её окровавленное, в клочьях шерсти плечо легла тёплая, живая ладонь. Чистая рука коснулась грязного, запёкшейся кровью меха и тут же испачкалась, но Шеда это, казалось, не волновало совершенно. Он начал гладить её так же нежно и уверенно, как делал это всегда в её камере.

– Посмотри на меня, – его голос прозвучал прямо у самого уха, тихо, настойчиво.

Её звериное ушко дёрнулось, а Тигра глубже зарылась лицом в колени, словно птенец, пытаясь раствориться в темноте.