Внезапно с тихим шипящим звуком отъехала в стене единственная дверь, которую он до этого даже не заметил – идеально ровная щель в белой стене.

На пороге, залитая светом из коридора, стояла она.

Женщина. Вернее, нечто, лишь отдалённо её напоминающее. Она была огромной, под два метра ростом, и её тело, покрытое короткой шерстью, состояло из сплетений невероятных поджарых мускулов. Её лицо с животным оскалом, обнажавшим длинные и острые, как у хищника, клыки, улыбнулось. Маленькие, пронзительно-жёлтые глаза сузились, мгновенно встретившись с его, и замерли, полные немого, дикого вызова.

Глава 51 Награда за хорошее поведение

По камере раздавался повторяющийся ритмичный стук. Что-то мелкое ударялось об стену, отскакивало от неё и снова ударялось. И это повторялось уже сотни, тысячи раз. Следящий за камерой Тигры сбшник никак не реагировал на повторяющиеся удары. Он видел по установленным камерам видеонаблюдения, что повторяющиеся об стену удары исходили от жёлтого теннисного мячика, который от скуки кидала в стену Королева зверей.

Сбшник со скучающим видом сидел в комнате наблюдения. На столе у него стояла тарелка с горкой чипсов, а справа от неё жестяная банка газировки. Помимо обычных приёмов пищи в столовой иногда можно было взять дополнительное довольствие. В основном это дополнительное довольствие представляло собой какие-нибудь снеки, шоколад и газировки. Разумеется, это дополнительное довольствие было принято среди сбшников и моговцев на ура. Среди сбшников оно быстро стало ходовой валютой, в основном его использовали в качестве ставок в азартных играх.

Сидящему в комнате надсмотрщику Тигры недавно повезло. Он несколько раз подряд выиграл в покере у своих сослуживцев и на всю свою смену обеспечил себя дополнительным довольствием.

Поймав мяч вытянутой рукой, Тигра снова отправила его в стену, чтобы через секунду снова его словить. Мяч кидала она сильно, достаточно сильно, чтобы выбить кому-нибудь глаз при попадании, но недостаточно сильно, чтобы не суметь его словить. Реакции обычного человека ни за что не хватило бы, чтобы словить кинутый ею мяч, но вот сама она легко ловила его. Её звериная реакция была куда лучше человеческой, и что для человека могло быть быстро, для неё было привычно.

Сидя мохнатой попой на своей лежанке, она подобрала под себя ноги и уложила свою голову на коленки. Прикрыв один глаз, а вторым полуприкрытым она со скучающим выражением поглядывала за мячом. Её выражение лица слегка хмурилось. Между чёрных бровок появился бугорок, явно говорящий о том, что владелеца этих бровок была не в духе. У неё снова начались эти дни, и во время этих дней её тело бросало то в жар, то в холод. Накатывала усталость то ментальная, то физическая, а ниже пупка и в пояснице появлялись неконтролируемые приступы боли.

Для каждой девушки этот период был самым худшим в месяце, а для Тигры в особенности. Из-за своего доминантного характера она ненавидела этот период из-за слабости, которую он за собой приносил. В этот день она частично теряла свою боеспособность, отчего ещё больше бесилась и раздражалась, но если бы кто-то хотя бы на мгновение посмел намекнуть ей об этом, она бы разорвала наглеца. Никто не смел указывать Тигре на её слабости, кроме неё самой.

Так вот уже около пяти часов Тигра покидывала мяч в стену, стараясь таким образом немного отстраниться от неприятных ощущений. Её чувствительный нос иногда подёргивался, когда приставленный за ней надзиратель через стену открывал очередную свою закуску. Копчёный запах свиных сосисок, небольших закусок к пиву, вызвал у мучающейся Тигры непроизвольное слюноотделение.

Тигру в камере содержания хорошо кормили, даже лучше, чем она сама себя кормила на воле. Пять килограмм варёной говядины, двадцать штук варёных яиц, иногда куриные грудки две-три штуки, тоже варёные, бывало жареные, и жирное молоко два литра. Её просьбы через Шеда были услышаны, это благодаря ему её рацион обогатился. Раньше ей только давали варёную говядину. В следующий раз, как он придёт, она попросит его о копчёных свиных сосисках.

– Поскорее бы он пришёл, – прошептала Тигра и кинула мячик сильнее обычного. Тот пулей пролетел до стены, звонко ударился и по такой же прямой траектории вернулся обратно в руку.

Казалось, кто-то услышал её слова, ведь буквально через несколько минут она уловила знакомый запах за дверью. Он был ещё где-то вдалеке, но постепенно приближался. Рядом с ним было ещё десяток запахов отчасти знакомых, отчасти нет.