Невозможно было бы изложить в этой книге родовое древо, что включало бы хотя бы важнейших членов важнейших семей Шира на ту пору, о которой мы говорим. Оно заняло бы целую книгу, и всякому, кроме хоббитов, показалось бы скучным. (Хоббиты бы его обожали, будь оно точным: они любят иметь книги, полные того, что они уже знают, изложенного честь по чести, без противоречий.) Шир — это их собственное имя того весьма приятного уголка мира, в котором самый многочисленный, чистокровный и представительный род хоббитов жил во времена Бильбо. Это была и впрямь единственная часть мира в то время, в которой двуногие жители были все Хоббитами и в которой Гномы, Большой Народ (и даже Эльфы) были лишь чужаками и случайными гостями. Шир делился на четыре четверти, называемые Четырьмя Четями — Северной, Южной, Восточной и Западной, а также на ряд родовых земель, что носили имена важных семей, хотя к этому времени имена эти уже не встречались только в их собственных родовых землях. Почти все Туки всё ещё жили в Тукленде, но это было не так верно для иных семей, вроде Бэггинсов или Боффинов. Карта Шира найдётся в этой книге, в надежде, что она будет полезна (и будет одобрена как разумно верная теми хоббитами, что занимаются хоббичьей историей).
Чтобы дополнить сведения, даны также некоторые (сокращённые) родовые древа, что покажут, каким образом помянутые хоббиты-персоны родственны друг другу и каковы были их возрасты ко времени, когда повесть открывается. Это, во всяком случае, прояснит связи между Бильбо и Фродо и между Фолко Туком и Мериадоком Брендибаком (обыкновенно зовущимся Мерри) и прочими главными лицами.[3]
Фродо Бэггинс стал наследником Бильбо по усыновлению: наследником не только того, что осталось от немалого богатства Бильбо, но и его таинственнейшего сокровища — волшебного кольца. Это кольцо пришло из пещеры в Мглистых Горах, далеко на Востоке. Оно принадлежало печальному и довольно мерзкому созданию по имени Голлум, о котором в этой повести будет ещё слышно, хотя я надеюсь, что иные найдут время прочесть рассказ о его состязании в загадках с Бильбо в «Хоббите». Это важно для этой повести, как чародей Гэндальф пытался объяснить Фродо. Кольцо имело силу делать носителя своего невидимым. Имело оно и иные силы, которых Бильбо не открыл до самого долгого времени после того, как вернулся и снова осел дома. Потому о них не говорится в повести о его путешествии. Но эта позднейшая повесть занята главным образом кольцом, и потому больше о них здесь говорить не нужно.
О Бильбо рассказано, что он «оставался очень счастлив до конца своих дней, а те были необычайно долги». Так и было. Сколь необычайно долги — вы теперь можете узнать, и можете также узнать, что оставаться счастливым не значило продолжать жить вечно в Бэг-Энде. Бильбо вернулся домой 22 июня на пятьдесят втором году своей жизни, и ничего особо примечательного не случилось в Шире ещё шестьдесят лет, когда Бильбо начал готовиться к празднованию своего сто одиннадцатого дня рождения. С какового мига и начинается нынешняя повесть о Кольце.
Глава I: «Долгожданное угощение»
В начале этого шестого воплощения вступительной главы переработанный отрывок о книге Бильбо (с. 245, примеч. 3) был теперь убран и заменён на: «Предполагалось, что он пишет книгу, содержащую полный рассказ о его таинственных приключениях того года, которую никому не дозволялось видеть».
Разговор в «Плюще» взят из предварительной версии, описанной на с. 244–245, и теперь достигает, в сущности, той формы, какую имеет в FR, но на этой стадии наставление Жихаря о Бильбо, Фродо и их предках всё ещё пересказывалось наперёд и рассказчиком тоже.[4]
«Чуднóго вида повозки, гружённые чуднóго вида свёртками», что правили «эльфы или плотно закутанные в капюшоны гномы», уцелевшие со второй версии главы (с. 20), были теперь сведены к единственной повозке, что правили гномы, и эльфов не появляется (см. с. 235), но знак Гэндальфа на фейерверках, названный здесь «руническим», всё ещё остаётся, и он всё ещё «маленький старичок». Среди гостей всё ещё были Гаукроджеры (так написано), но замечание, что Брокхаузы прибыли из Комба-под-Бри (с. 236), опущено. Юный Тук, что плясал на столе, меняет имя с Просперо на Эверард (как в FR), но его пара остаётся Мелиссой Брендибак (Мелилот в FR).
Карандашное добавление к пятой версии (с. 246, примеч. 12), показывающее, что Бинго/Фродо вполне сознавал, что Бильбо намерен сделать, было взято (но, как в FR, Фродо задерживается за обеденным столом достаточно долго, чтобы утолить жажду Рори Брендибака: «Эй, Фродо, пусти-ка этот графин по кругу ещё разок!»); как и отрывок о том, что Бильбо берёт с собою Жало (с. 246, примеч. 13). Бильбо теперь (как в FR) достаёт рукопись в кожаном переплёте из несгораемого ящика (хотя и не «свёрток, завёрнутый в старое тряпьё»), но отдаёт пухлый конверт, который надписывает Фродо и в который кладёт Кольцо, гному Лофару, прося положить его в комнату Фродо.
Гэндальф всё ещё встречает Бильбо у подножия Холма после того, как тот покинул Бэг-Энд с Гномами (всё ещё зовущимися Нар, Анар и Ханнар), и разговор их остаётся как был (с. 238–240): в ответ на вопрос Гэндальфа «Он [Фродо] об этом знает, конечно?» Бильбо отвечает: «Он знает, что у меня есть Кольцо. Он читал мои личные мемуары (единственный, кому я когда-либо дозволял их читать)». Возвращение Гэндальфа в Бэг-Энд после прощания с Бильбо включено из весьма черновой формы пятой версии (с. 247, примеч. 20), с единственным отличием, что Фродо теперь и впрямь читает письмо Бильбо, сидя в прихожей.