Я занимаюсь этим уже более четырех лет и расследовала более дюжины дел. Почти во всех мне удавалось добиться успеха, но три дела я раскрыла полностью. По одному из них преступник получил от двадцати до пожизненного за убийство жены, по другому мужчину судили за похищение и нападение на восемь женщин в Вайоминге, а по последнему жизнь подозреваемого оборвалась в перестрелке, когда мужчина открыл огонь по сотрудникам ФБР вместо того, чтобы быть доставленным на допрос по делу об исчезновении студентки колледжа — ее тело нашли в подвале.

— Я хочу, чтобы ты начала писать сегодня вечером, — приказал Бейкер.

Я отогнала леденящие душу воспоминания и отсалютовала, хотя босс не мог меня видеть.

— Будет сделано.

Он повесил трубку, не попрощавшись — еще одна трата времени для него. Но я не возражала. Что угодно, лишь бы быстрее закончить этот разговор. И также не возражала против социальных постов, потому что прогресс в деле достигается благодаря тому, что общество становится на вашу сторону. Активизируется, чтобы стать силой ищейки-любителя.

У такой широкой гласности, конечно, были и минусы. Ложные зацепки и люди, встающие на моем пути. Иногда возникали проблемы с безопасностью. Но я принимала меры предосторожности. Люди не знали, кто я такая на самом деле. В подкасте я использовала свое второе имя, Сойер, в качестве фамилии. И никогда не упоминала о том, что подтолкнуло меня к миру настоящих преступлений, о том, каково это — не иметь ответов на свои вопросы и чувствовать, что всем на это наплевать.

Я была осторожна не только в отношении связей со своим прошлым, но и в том, что происходит здесь и сейчас. Никогда не писала о том, где остановилась. Никогда не фотографировала и не снимала на видео свой автомобиль. В конце концов, Бесси была уникальна: ее бело-бирюзовая окраска, прикрепленная к боку доска для плавания, кошка, почти всегда сидящая в окне.

С тех пор, как я предприняла все меры предосторожности, никто ни разу не узнал, где я остановилась. Наверное, потому, что все, кто интересовался, проверяли отели или краткосрочную аренду. Но я всегда останавливалась в Бесси.

Это было необходимо. Потому что с тем первым прорывным случаем пришло внимание. Чуть больше миллиона подписчиков в Instagram, полтора — в TikTok. И в среднем наше шоу скачивали на всех платформах более двух миллионов раз в месяц. Это было целое сообщество. Конечно, среди них были и психи. Были люди, которые считали себя следующими Шерлоками Холмсами. Но в основном это были люди, которые хотели восстановить справедливость в отношении тех, кто был забыт.

Это были мои люди.

Возможно, потому, что они тоже кого-то потеряли. А может быть, сами были жертвами, не имея возможности высказаться в тот момент или сейчас. Или они просто были сочувствующими людьми, которые хотели, чтобы мир стал лучше, чем он есть.

Независимо от причины, я была благодарна им за это.

Когда дорога выровнялась, а затем немного пошла под уклон, я заметила вдалеке указатель. На нем белыми буквами было написано «Добро пожаловать в Шейди-Коув». Краска местами облупилась, стерлась от непогоды и времени.

Я быстро открыла приложение камеры на своем телефоне, стоявшем в зарядном устройстве, и нажала кнопку записи. Людям нравились эти кадры, которые означали, что я приступаю к новому делу. По мере приближения к знаку я могла разглядеть все больше деталей. Волны, обозначающие большое озеро, на берегу которого расположилась община Северной Калифорнии, деревья, вырезанные из дерева и окрашенные в темно-зеленый цвет окружающих лесов. Все это было состаренным, необработанным, настоящим. И, наконец: «Население - 2033 человека».

Маленький городок. Почти крошечный.

Но я знала, что самые ужасные вещи происходят там, где их меньше всего ожидаешь.

ГЛАВА 2

ГЛАВА 2

РИДЛИ

Когда я въехала в центр города Шейди-Коув, камера на телефоне все еще была включена. Мои слушатели любили знакомиться с местом, где работаю в данный момент, и повсюду искали подсказки. Я привыкла к маленьким городкам по всей Америке. Они отличались от пригорода Дейтона, штат Огайо, где я выросла и куда вернулась на один мучительный год после пропажи Эйвери, где родился «Список виновных» в то время, когда я отчаянно нуждалась в цели.

В настоящем маленьком городке все на виду. Люди сразу же понимали, что ты чужак. Они приветствовали тебя, но с осторожностью. Конечно, они расскажут тебе, где можно поесть и какие достопримечательности посмотреть, но не станут открывать подноготную своей общины, пока не станут тебе доверять.

А мне нужна была эта подноготная.

Именно там скрывались секреты. Оттуда приходили откровения. Эти скрытые истины должны были выйти наружу. Но часто эти истины были уродливы, и находились те, кто был готов на все, чтобы их не раскрывать.

Вы бы никогда не догадались об этом, глядя на картинки, приветствовавшие меня, когда я ехала по Олд-Майнер3-роуд, главной улице города. Все выглядело именно так, как и следовало из названия, как будто город был родом из времен золотой лихорадки. Внешний вид зданий напоминал о Старом Западе. Смесь дерева и камня, но с преувеличенными фасадами, которые больше напоминали декорации вестерна, чем настоящий город.

— Нам, наверное, нужен марафон фильмов с Клинтом Иствудом, — сказала я Татер, протягивая руку, чтобы почесать ее за ушком.