Дэмиен пожимает плечами, и я переворачиваю ее так, что она садится на меня верхом, а я прижимаюсь спиной к стене. Финн забирается на кровать и уже дразнит ее попку пальцем, пока я двигаю ее вверх и вниз по своему члену. Она стонет, пока другая рука Финна не закрывает ей рот.

— Нас не поймают, если ты будешь вести себя тихо. — Дэмиен останавливается у кровати. — Сможешь, ангел?

— Для вас троих? — она смотрит на нас с улыбкой, пока ее взгляд не останавливается на мне, и я не могу не улыбнуться в ответ. — Все что угодно.

Глава 39

Глава 39

Дэмиен

Даже после всего, через что ей пришлось пройти, Аврора продолжает заниматься музыкой.

Ее прослушивание в Джулиарде - лучшее, что она когда-либо играла. Даже лучше, чем те композиции, которые она играла, когда мы были единственными зрителями. Даже лучше, чем когда она еще жила в своей квартире и играла на скрипке, думая, что никто ее не слышит.

Наш ангел сидит на табурете, а скрипка словно продолжение ее тела, пока она водит смычком по струнам. Я ни хрена не смыслю в музыке, но точно знаю, что она хороша. Чертовски хороша.

Этот ее ублюдок-бывший многое у нее отнял. Но мы позаботимся о том, чтобы она все вернула. Свою уверенность, свою безопасность, свое счастье. Она заслуживает всего мира, и если бы он был в моих руках, я бы подарил его ей.

Когда затихает последняя нота скрипки Авроры и она встает со стула, не опираясь на сломанную лодыжку в фиксирующем ботинке, члены комиссии вежливо аплодируют, а мы трое вскакиваем с мест.

Нокс складывает ладони у рта рупором и восклицает.

— Да, Рори!

— Это наша девочка! — Кричу я.

Аврора делает вид, что хмурится, когда мы все аплодируем ей, но не может сдержать улыбку, которая растягивает ее идеальные губы. Она благодарит коллегию за прослушивание, и хотя розовый румянец на ее щеках ясно демонстрирует, что она смущена нашим поведением, профессора находят нас достаточно забавными.

Добравшись наконец до нас, она кладет скрипку. Не ту, которую ей подарили родители. А разочаровывающую замену.

— Ты потрясающе выступила, Рори. Я так горжусь тобой.

Она принимает букет цветов от Нокса с широкой улыбкой.

— Вау, спасибо. Мне еще никогда не дарили цветы.

— Они от всех нас, — вставляю я.

Финн протягивает ей коробку шоколадных конфет, и она визжит от радости. Это ее любимые. С арахисовым маслом.

— Пальчики оближешь!

— И еще кое-что. — Я протягиваю ей золотой кулон в форме скрипки.

Ее голос понижается до шепота.

— О боже. Он прекрасен.

— Совсем как ты, — говорит ей Нокс.

Она удивленно приподнимает бровь, глядя на нас.

— Вы же знаете, что это было всего лишь прослушивание, да? Меня могут и не принять.

— Они будут идиотами, если не примут тебя, — говорю я достаточно громко, чтобы услышала вся приемная комиссия. А потом, уже обращаясь к ней, я добавляю: — Ты обязательно поступишь.

Аврора пытается в шутку пихнуть меня.

Я уворачиваюсь от ее атаки, а затем встаю у нее за спиной и откидываю ее волосы за плечо. Она вздрагивает, и я ухмыляюсь. Авроре никогда не удавалось скрыть то, какой эффект мы на нее оказываем. Я надеваю ей на шею цепочку с кулоном и застегиваю ее, так что миниатюрная скрипка ложится ей на грудь.

— Ты заслуживаешь подарков за каждое свое выступление. Независимо от результата.

Она оборачивается через плечо, чтобы посмотреть на меня, и черт побери… я никогда не устану от того, как она смотрит на меня своими прекрасными карими глазами.

— Просто дождись моего следующего выступления.

Нокс и Финн встречаются со мной взглядом и ухмыляются.

Я киваю, и Финн выскальзывает за дверь. Аврора понижает голос.

— Спасибо, Дэмиен. За все. За то, что подталкивал меня, даже когда я сопротивлялась. За то, что верил в меня.

Я беру ее за подбородок.

— Я проведу остаток своей жизни, давая тебе то, в чем ты нуждаешься. Я сделаю для тебя все, что в моих силах.

Она улыбается.

— Я знаю. И я сделаю то же самое для тебя.

— Уж лучше бы так и было, — поддразниваю я. Она пихает меня в бок, но затем возвращается Финн, и я киваю поверх ее головы. — И еще кое-что.

Она драматично вздыхает.

— Мне больше ничего не нужно...

Как только она видит наш последний подарок, слова застревают у нее в горле. Она замирает, и с ее приоткрытых губ срывается тихий вздох. Ее рука взлетает ко рту, а глаза становятся влажными, когда она смотрит на меня.

— Извини, что это заняло так много времени. Но теперь она починена.

Она бросается к скрипке в руках Финна, которая выглядит почти как новенькая. К скрипке, которую подарили ей родители. К последней вещи, оставшейся от них. К единственному предмету в этом мире, который значит для нее больше, чем что-либо другое, что мы могли бы ей подарить.

По ее щекам текут слезы, когда она обнимает и благодарит каждого из нас по очереди. А когда она наконец добирается до меня, то шепчет:

— Я так сильно люблю тебя, Дэмиен.