В его голосе звучала тревога. Он хоть и был навеселе, но понимал — я на грани.

— Хоуп?

— Я не могу, — прошептала я, дрожа всем телом. — Я просто…

Я не могла сказать ему.

Как рассказать о том, чего сама не понимала?

Что произошло той ночью?

Это было ужасное, смазанное воспоминание, в которое я боялась заглянуть.

Я боялась, что увижу там правду.

Отвращение к себе, ненависть к себе — всё это накрыло меня с новой силой.

— Я причинил тебе боль? — спросил Хантер, в ужасе. — Был слишком груб?

— Нет, — покачала я головой, стирая слёзы. — Ты не сделал ничего плохого. — Я села, поправила платье, прикрывая себя. — Всё в порядке.

— Это он? — выдохнул Хантер, до сих пор без рубашки. — Он сделал тебе больно?

— Нет, — выдавила я слишком быстро.

На лице Хантера появилась тень.

— Если он тронул тебя, я его убью, — сказал он страшным, холодным тоном. — Это он? Он, сука, тронул тебя?! — Его голос поднялся, он провёл рукой по волосам. — Я убью его нахрен!

— Нет, — замотала я головой. Его реакция лишь подтвердила, что я поступаю правильно, не говоря ему правду.

Он действительно бы убил Джордана.

А я… я ненавидела его.

Но не хотела, чтобы он погиб.

Он и так прекрасно справляется с самоуничтожением.

— Мне нужно идти, — прошептала я.

Я была в двух шагах от того, чтобы разлететься на куски прямо тут, на заднем сиденье своей машины.

Сделать это сейчас, при нём, в его состоянии, с его выпитым алкоголем было бы роковой ошибкой.

ГЛАВА 34

Лаки

Я не трахался в машине со времён старшей школы.

Честно говоря, в тридцать один год мне стоило бы чувствовать себя чертовски глупо. Наверное, я бы так и чувствовал, если бы не потрясающая компания, в которой я оказался. Секс был сносом башки, по крайней мере, мне так казалось.

Судя по реакции Хоуп — я ошибался.

Только что она кончала на моём члене, и вот уже — плачет.

Понятия не имел, что я сделал не так, а она отказывалась говорить.

— Хоуп, — продолжал я говорить, пытаясь, безуспешно, её утешить. — Скажи, что случилось, и я всё исправлю, детка.

Она покачала головой и зарыдала, закрыв лицо руками.

Господи боже.

Я был в двух чёртовых секундах от того, чтобы сойти с ума.

Ей нужно было заговорить. Срочно.

Если кто-то причинил ей боль, если он причинил ей боль, она должна сказать мне.

— Да пошло оно всё, — прорычал я, зарывая пальцы в волосы от отчаяния. Я натянул рубашку и распахнул дверцу грузовика. — Я иду к нему. — Спрыгнув вниз, я зашагал обратно к переулку. — Если ты не скажешь мне, в чём дело, я заставлю его сказать.

— Нет! — прошипела она, выскочив из грузовика и бросившись за мной. — Ты должен держаться от него подальше.

— Почему? — боль и злость крутились внутри меня вихрем. — Почему, Хоуп?

— Потому что… — она замерла и выдохнула прерывисто. — Если ты к нему пойдёшь, он узнает, что я была с тобой, и скажет… — она резко захлопнула рот, глаза распахнулись. — Просто… просто не ходи туда, ладно?

— И что? — огрызнулся я. — Он устроит истерику? Попробует подраться? Пусть. Плевать.

— А мне не плевать! — вырвалось у неё.

Она метнулась вперёд и прижала ладони к моей груди.

— Я умоляю тебя не ходить к нему. — Слёзы наполнили её огромные голубые глаза, когда она посмотрела на меня. — Хантер, если ты хоть чуть-чуть заботишься обо мне, держись подальше от Джордана… Пожалуйста.

Мне стоило огромных усилий остаться на месте и не рвануть в сторону ближайшего такси.

Каждый инстинкт внутри меня кричал, чтобы я пошёл.

Красные флажки взмывали в мозгу один за другим.

Я хотел починить её.

Защитить.

— У меня был момент, — продолжила она, — воспоминание. О той ночи… на кухне. Это не из-за него.

Виски затуманил мне голову, так что я дольше обычного переваривал её слова, но когда понял — на меня накатила другая ярость.

Вся направленная на ублюдка Дэвида Хендерсона.

— Я займусь этим, — пообещал я. — Он больше никогда тебя не тронет, детка. Я тебе в этом клянусь.

Руки, что были на моей груди, скользнули по бокам, и Хоуп обняла меня.

— Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, — прошептала она.

— Не случится.

— Уже случилось, — всхлипнула она и положила руку мне на живот.

Её волновала какая-то царапина, в то время как ублюдок, что её оставил, уже гниёт под землёй.

— Можно я сегодня поеду с тобой домой? — спросила она, глядя на меня с самой одинокой парой голубых глаз, которую я когда-либо видел.

— Ты собираешься остаться у меня? — спросил я в ответ. — Потому что если да, то я прямо сейчас отвезу тебя домой, детка.

Хоуп тяжело вздохнула.

— Хантер, всё… сложно.

Да уж, "сложно" — я слышал это слишком часто.

Я хотел чёртовой определённости.

Знак того, что она так же во мне заинтересована, как я в ней.