Наша дружба исправляла всё то плохое, что делали с нами другие люди и мы сами. Я не жаловалась ей на старших братьев и отца, а она – на ублюдков, которые изо дня в день напоминали ей об утрате. Когда Талия Нери и Джулия Де Сантис объединялись, остальной мир вместе со всеми его проблемами прекращал существовать. В какой-то момент мы перестали разделять горести. И это было одним из лучших решений для нашей дружбы.

До сегодняшнего дня.

– Не могу поверить, – прошептала Джулия.

Она обняла меня ещё крепче, надавив на синяк на ключице так, что я поморщилась, но не дала ей об этом знать. Мне не хотелось, чтобы Джулия отпускала меня. Она была такой тёплой. Мне всегда нравилось прикасаться к ней, хотя я не считала себя тактильным человеком.

У всех были исключения.

Она – моё.

– У тебя сопли, – заметила я, когда мы всё-таки оторвались друг от друга.

– У тебя тоже, – ответила Джулия, хлюпая и вытирая нос краем кофты.

Мы засмеялись, но не прекратили плакать. Глаза уже болели от слёз. Следовало успокоиться, пока я не превратилась в рыбу-каплю. Щёки стоящей напротив Джулии сильно покраснели. Она улыбалась, пока её взгляд не остановился на чём-то на моём лице.

Затем она помрачнела.

– Твой лоб… – Джулия коснулась недавно появившегося шрама. – Твои руки. – И ещё нескольких царапин на предплечьях. – Голос… – Её собственный опустился до хрипоты. – Что он с тобой сделал?

– Ничего. – Я покачала головой. – Это не его вина.

Рана, которую нанёс мне Дэниел, уходила намного глубже. Она была невидимой, но ощутимее всех, что я когда-либо имела.

– Значит, Аврора…

– Да.

Надеюсь, её рассказ обошёлся без прикрас. Не хватало, чтобы они все считали меня жертвой физического и сексуального насилия, едва выбравшейся из ада. Я не собиралась делать монстра из того, кто спас меня, хотя ни один настоящий монстр, с которыми я уже была знакома, за годы работы не сделал мне так больно, как сделал он всего за несколько месяцев.

– Хочешь поговорить об этом?

– Нет, Джулия. – Я отошла от неё, чтобы вернуться к Уинтер. – Я больше никогда не хочу говорить об этом. Он – закрытая тема.

Я чувствовала себя Арабеллой, которая отказывалась произносить моё имя вслух.

– Хорошо, – не став настаивать, ответила подруга.

Спасибо.

Она последовала за мной, но едва я успела опуститься на кровать, дверь в комнату вновь открылась. Я напряглась при мысли, что это кто-то из братьев, хотя такое маловероятно, или кто-то из тех, кто тоже теперь живёт в особняке Нери, однако это оказалась собака.

Собака?

Откуда здесь собака?

Испугавшись, я схватила Уинтер и закрыла её своим телом, чтобы ей не причинили боль. Джулия не остановила лабрадора, и он запрыгнул на кровать. Я почувствовала его горячее дыхание у себя на лице.

– Убери её! – попросила я. Котёнок подо мной запищал.

– Не бойся, – попыталась она успокоить меня. – Эй! Кто разрешил тебе запрыгивать на кровать? Я расскажу всё твоему папочке. Никакого кроличьего уха перед ужином.

Собака заскулила, опустив мордашку, и спрыгнула обратно на пол. Я приподнялась, но не перестала держать Уинтер.

– Она… твоя?

– Наша с Себастьяном, – исправила Джулия, присаживаясь рядом. Она не стала долго злиться и уже почёсывала лоб своей собаки, которая высунула язык от удовольствия.

Я кивнула.

– Ясно. Как её зовут?

– Саммер.

Типа… Саммер и Уинтер? Как лето и зима? Джулия и я?

Я пропустила смешок.

– Она может вернуться, если не станет беспокоить Уинтер.

– У тебя чистые лапы? – строгим тоном спросила Джулия, обратившись к своему «ребёнку». Та по очереди приподняла передние лапы, показывая их. – Хорошо, вперёд!

Услышав команду, она присоединилась к нам на кровати и лизнула мордашку котёнку. Я не успела никак предотвратить это: всё произошло слишком быстро. Уинтер зашипела, на что Саммер снова лизнула её. Это повторилось ещё несколько раз, пока они не нашли общий язык и Уинтер не забралась верхом на Саммер. Они прыгали по кровати и толкали нас с Джулией. Наблюдая за ними, мы не сдержались и вновь засмеялись.

И тут во дворе послышался шум. Я нахмурилась, прислушиваясь к звукам.

– Что это?

– Солдаты Ндрангеты.

Мои глаза автоматически закатились.

Я знала, зачем они здесь. Из-за меня.

Будто трёх профессиональных убийц было недостаточно.

– Это для твоего же блага.

– Не говори так, – попросила я. – Ты же знаешь, как это выводит меня из себя.

Джулия хихикнула себе под нос и сжала мою руку, словно была рада услышать это – ответ, что дала бы та версия меня, которую она знала.

Доказательство того, что я не изменилась, успокоило её, поэтому я не стала уверять её в обратном. Я больше не была той девушкой, которую она помнила. И той, которая была с Дэниелом.

Я понятия не имела, кто я. Снова.