Отец как увидел этот конверт, и прочел, что он от полкового командира, сразу переменился в лице, и стал дрожащими руками торопливо открывать его, некрасиво разорвав, хотя обычно всегда распечатывал письма аккуратно. Когда же он первые же несколько строчек письма, то выронил его из рук, и Даше, которая сидела рядом, сжавшись в комок, показалось, что он постарел разом лет на десять.

– Вот, читай, – сказал он, а затем встал, подошел к окну и стал дрожащими руками пытаться закурить трубку, но у него все не выходило, только искры сыпались на пол. Даша же взяла листок и прочла следующее.

«Милостивый государь, Николай Тимофеевич,

Уведомляю вас о том, что в нынешний Дуэльный сезон сын ваш, корнет Борис Булавин был вызван на дуэль гвардии поручиком Стужевым и в ходе дуэли убит.

Следствие не проводилось ввиду того, что дуэль состоялась в рамках Дуэльного сезона и являлась законною, о чем составлен соответствующий протокол. Хотя до меня доходили сведения, что причиной стало нечестное поведение Стужева в ходе карточной игры, каковое ваш сын обнаружил. Со своей стороны, полагаю, что так и есть, так как Стужев этот слишком знаменит в Маринбурге совершенно невозможными выходками, за любую из которых лично я, будь он моим подчиненным, отправил бы его сперва под арест, а затем, сослал бы рядовым солдатом охранять Черкасский разлом.

Однако сей субъект является незаконнорожденным (но признанным) сыном канцлера Бестужева, и имеет такие связи, что все ему сходит с рук. Боюсь, сколь бы ни было мне ужасно писать это вам, как отцу, что из этой истории он выйдет сухим.

Посылаю вам при сем письме протокол дуэли. Как следует из указанного протокола, противники обменялись выстрелами. Первым выстрелил ваш сын и поразил Стужева в лицевую часть головы. Присутствовавшие, было, подумали, что рана смертельна, а если и нет, то продолжать поединок Стужев уже не сможет. Но к удивлению секундантов, Стужев с окровавленной головой поднялся с земли и потребовал, чтобы сын ваш занял свое место у барьера. После чего выстрелил в него и, попав в область сердца, убил на месте.

Мое мнение заключается в том, что здесь не обошлось без чародейства, потому что где же это видано, чтобы человек с такой раной был способен не только на ногах стоять, но еще и целиться. Я лично такого не видал, хотя всю свою жизнь прослужил в военной службе и прошел три военные кампании.

И, хотя применение чародейства является грубейшим нарушением законов дуэли, но поскольку, как я уже говорил, человек этот из высших властных сфер, то никакого расследования на сей счет я не жду, и сам никак не могу его должным образом инициировать.

Соболезную вашей утрате, и прошу принять уверение, что эти мои слова написаны не только по воле долга, но и от всего сердца, так как сын ваш хоть и недолго прослужил под моим началом, но успел зарекомендовать себя, как честный человек и способный молодой офицер.

Со своей стороны готов быть вам полезен, ежели вы, все-таки решитесь хлопотать о расследовании, а также сообщаю о том, что похороны вашего сына, как офицера, погибшего с честью, будут проведены по высшему разряду за казенный счет.

С уважением и глубочайшими соболезнованиями, командир Темногорского драгунского полка, полковник А.Д. Мирский»

Сперва отец Даши хотел немедленно ехать в Маринбург и вызывать этого Стужева на поединок. Но письмо было получено тогда, когда дуэльный сезон уже кончался, а следующего нужно было ждать два года. Кроме того, отец навел кое-какие справки и узнал, что Стужев, по всей видимости, чародей. Бог весть, как чародейная сила могла проявиться в бастарде – а Стужев был бастард – но вот поди ж ты!

Отец же Даши, хоть и происходил из старинного рода, ведущего свою родословную от Заступника Никиты Огнеборца, родился без чародейной силы, она угасла в роду еще до его рождения. Так что ничего поделать с чародеем он бы не смог.

Это Даше тоже всегда казалось обидным и несправедливым. Отчего в каких-то дворянских родах сила угасла, а в других – нет?

Никто не знал точного ответа. Стараясь сохранить эту силу или вернуть ее, дворяне тщательно выбирали себе жен, чтобы девушка непременно была из хорошего рода, и чтобы обязательно внешне была похожа на основателя этого рода, одного из легендарных Заступников.

В этом смысле Даша была невестой незавидной. На Никиту Огнеборца, рослого черноволосого богатыря, каким его рисуют на иконах, она была совершенно непохожа. Зато была, по словам отца, как две капли воды похожа на свою мать – рыжеволосую, стройную, с большими зелеными глазами. Сама она, впрочем, матери никогда не видала, так как та умерла, рожая Дашу.

Отец мало о ней рассказывал – кажется, ему больно было о ней вспоминать. Но по словам прислуги и некоторых знакомых Даша знала, что мать ее была немного не от мира сего, и некоторые даже считали ее ведьмой.

Да, бывало, что чародейная сила проявлялась и в женщинах, но редко, и способности их были не те же, что у мужчин. У матери ее, говорят, был дар предвидения, и даже смерть свою будто бы она предсказала и со всеми попрощалась.

Но так или иначе, в роду их больше силы не было, и отец в поединке со Стужевым мог лишь погибнуть, оставив Дашу круглой сиротой.