Вместо того чтобы думать об убийствах, я варилась в мыслях об Уайатте, Майло… ну и, пожалуй, о Гаррике.

Работа «на одной стороне» сегодня заставила меня задуматься о том, кто он такой на самом деле. На поверхности он — колючий ублюдок, готовый в любой момент сорваться на крик, и настолько грубый, что, кажется, мог бы оборонять Ад в одиночку. Но я думаю, это фасад. Он чертовски хорош в своем деле, в чем я и не сомневалась — Аид не дает руководящие должности в Элизиуме кому попало.

Тьфу, прекращайте этот вечер нытья для одного.

Мои молитвы были услышаны: дверь открылась, и вошел Гаррик с тем, кого я совсем не ожидала увидеть. Вскочив, я с визгом бросилась ему на шею, и он был рад мне не меньше.

— Хаос! Какого хера ты тут делаешь?! — воскликнула я, отстраняясь. Настроение мгновенно взлетело.

— Аида дернули по делам, так что он послал меня забрать ваши отчеты по свежаку, — пояснил он. — Блять, подруга, как же я рад тебя видеть!

Он снова меня обнял. Мы с ним примерно одного роста и комплекции. У него пресс, которому позавидовал бы любой, но он совсем не качок. И вкусы у нас во многом сходятся, включая яркие волосы. Сейчас у него синие пряди с красной полосой на длинной челке.

— Я тоже чертовски рада. — Я переплела свои пальцы с его (у него ногти были выкрашены в темно-фиолетовый) и потащила его к креслам. — Выкладывай всё, что я пропустила. Как там Цербер? Надеюсь, ты подсовываешь ему те беконные штуки, которые он обожает?

Хаос закатил глаза так сильно, что голова мотнулась следом, но усмехнулся:

— Цербер скучает, но зато скинул пару килограммов без твоих подачек.

Я цыкнула. Цербер — мой любимчик среди их трех адских гончих. Шак и Модди тоже классные, но с Цербером у нас особая связь.

— Мы можем уже начать? Мне еще перед стражей отчитываться, и я хотел бы хоть немного поспать сегодня, — прервал нас Гаррик.

— Да-да, Офицер Зефир. — Хаос бросил на меня взгляд типа «какая муха его укусила?», откинул челку и сосредоточился на Гаррике.

Мне пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться.

Мы еще раз прошлись по обоим убийствам. Хаос задавал вопросы там, где, по его мнению, мы упускали детали, и подбрасывал новые идеи. Несмотря на имидж «мне на всё насрать», Хаос — мастер деталей. Он перфекционист до тошноты и читает людей так метко, что я могу только позавидовать.

Он задумчиво прикусил кольцо в губе, просматривая список подозреваемых. Я затаила дыхание, когда речь зашла об Уайатте. Но Хаос был настроен скептически.

— Почерк не вяжется с послужным списком Уайатта, — резюмировал он, когда Гаррик зачитал досье подробнее.

На счету Уайатта тысячи смертей. Огромный результат для его тридцати пяти лет. Но, по словам Гаррика, он обожал давать жертвам понять, кто именно лишает их жизни. Он хвастался в сети — ну еще бы он не хвастался! — что издевался над многими из них перед финальным выстрелом.

И еще: его фаворит — пушки. Только по особому запросу он использовал нож или голые руки.

А ведь у нас в Играх еще семеро контрактных киллеров. Единственная серьезная зацепка против Уайатта — его умение вламываться куда угодно, не поднимая тревоги и не оставляя следов.

Был уже глубокий вечер (почти утро), когда мы закончили и Хаос собрался уходить. Но перед дверью он остановился. Гаррик вышел в коридор — там кто-то из его команды требовал внимания, — и мы остались одни.

— Как ты? Реально? — спросил он.

— Нормально. Работа сложнее, чем я думала, но я справлюсь.

— Когда я вошел, в комнате буквально воняло меланхолией. Не ври мне, детка. — Его нежное обращение заставило меня улыбнуться. Мы часто так называем друг друга, но романтикой там и не пахнет. Хаос мне как брат, которого у меня никогда не было. Это началось как шутка, чтобы позлить Аида, но прижилось.

— Ох, я скучала по тебе, солнце. — Я снова его крепко обняла. Внезапно тяжесть последних недель навалилась на плечи, и мне не хотелось его отпускать. — Вот бы сейчас накидаться в хлам и сотворить какую-нибудь херню.

Он отстранился.

— Эй, что случилось? — Он заглянул мне в глаза, пытаясь прочитать.

— Ты охренеешь.

— Попробуй удивить.

— Кажется, я начинаю привязываться к некоторым людям здесь, — призналась я. — К двоим конкретно. Может, к троим. — Я вспомнила про Сеффи и добавила её тоже, хотя там была просто зарождающаяся дружба.

— Ха, и это всё? — Его лицо просветлело.

— Это не смешно. Это мне все мозги путает.

— Милая, давно пора было кому-то залезть тебе под кожу.

— Это выматывает.

— Естественно, — он вздохнул. — Но не сопротивляйся. Никогда не знаешь, куда это может привести.

— Обожаю твои загадки, — съязвила я.

— Не вешай нос. Если нужно будет поболтать — скажи Офицеру Ворчуну, чтобы набрал меня.

Я усмехнулась: Хаос прозвал Гаррика почти так же, как я называла его про себя.

— Спасибо. Блин, я реально скучала.