Люди в этом плане отвратительны. Ну, богатые точно. Почему они думают, что огромная цифра на банковском счету делает их лучше остальных представителей вида — мне никогда не понять. К тому же они почти никогда не делятся. Как только мои личные средства достигли суммы, на которую можно жить с комфортом, я начала большую часть отдавать на благотворительность.

Щелкнув выключателем в ванной, я вынуждена была признать: у парня всё же был вкус. Я обожаю хороший душ, и этот выглядел роскошно. Гладкая черная плитка, тропический ливень над головой и еще две душевые лейки на стенах. Всё это в стекле от пола до потолка, а на полках — линейка средств из нескольких элитных бутиков.

Повернувшись к раковинам, я заметила в другом углу огромную отдельно стоящую квадратную ванну. В ней поместились бы как минимум четверо. А за ней открывался вид на город. Весь угол комнаты был стеклянным. Уверена, это те самые односторонние панели, чтобы никто не видел, что происходит внутри — не то чтобы многие могли заглянуть на такую высоту, — но, раз на этот небоскреб с многомиллионными квартирами не поскупились, уверена, приватность тут на высоте.

Велик был соблазн набрать ванну и отмокнуть. Это может быть мой последний шанс помыться по-человечески на месяцы вперед и расправить крылья. Может, после душа. Мне определенно нужно быть чистой, прежде чем лезть в воду.

Быстро раздевшись, я встала под струи тропического душа, мгновенно почувствовав себя лучше, когда первая грязь начала смываться с тела. Выкрутив температуру на максимум, я не торопилась: намыливалась, мыла голову шампунем и пробовала все средства с полок. У парня, которого я только что убила, не было жены или подруги, но в его досье значилась целая череда женщин, которых он регулярно нанимал для секса. Уверена, именно из-за них здесь столько косметики.

Из того, что я разузнала, следовало, что в чем-то он относился к ним хорошо. Дарил предметы роскоши, оплачивал ипотеки и машины. Но он был из тех, кому на мероприятиях нужна была «тихая женщина» под боком. Уверена, по большей части они были рады подчиниться за наличные, но против него было несколько исков за переход границ. Два случая нанесения телесных повреждений и одно дело об изнасиловании, которое замяли.

Я не сомневаюсь, что жертвы говорили правду. Но когда дело доходит до денег, суды в этом мире легко коррумпируются. Будучи одним из богатейших людей в стране, мистер Олбрайт наверняка просто купил себе вердикт «не виновен».

Улыбнувшись, я подумала о том, что теперь, после его смерти, я организовала всё так, чтобы его состояние было пожертвовано приютам для женщин. Было сложно провернуть это в такие сжатые сроки, но я достала достаточно бумаг, чтобы всё сработало.

Закончив мыться, я всё же решила отказаться от ванны и начала одеваться в чистую одежду, которую принесла с собой, оставив окровавленные шмотки на полу в ванной как еще одну улику.

Покопавшись в шкафчиках, я нашла фен и щипцы для завивки. Вернувшись к зеркалу, я начала делать крупные пляжные волны. От природы мои волосы прямые как палки, ни одного изгиба, черные шелковые пряди до середины спины. Конечно, так они выглядят, пока я не закружусь или их не подхватит ветер. Потому что под верхним слоем скрывается настоящая радуга. Нижняя половина окрашена во все семь цветов. В зависимости от укладки я могу их спрятать или выпустить на волю. Обожаю, когда при завивке все эти цвета переплетаются с черными прядями.

Я уже заканчивала с последней секцией, когда в рюкзаке зазвонил телефон, который я использую в этом мире. Положив щипцы на мраморную столешницу, я выудила аппарат. Этот номер есть только у трех человек, так что это важно.

Увидев на определителе «Босс», я нажала кнопку ответа.

— Я же сказала, не надо меня проверять, — проворчала я, ставя звонок на громкую связь, чтобы доделать прическу.

— Ну, очевидно, надо. Раз ты отвечаешь, значит, тебя до сих пор не поймали, — гравийный тембр голоса Аида эхом отразился от плитки.

— Если бы местная полиция делала свою работу, меня бы повязали еще месяц назад. Хотя я даже рада, что успела прикончить того подонка, которым занималась сейчас.

— Где ты сейчас?

— Всё еще в его квартире. У него был потрясающий душ, и я подумала, что если оставлю там немного волос, они, может быть, наконец соберут достаточно улик, чтобы прийти за мной.

— Оставайся на месте. Я ускорил события с этой стороны. Гаррик Зефир уже отправлен в мир людей, чтобы помочь с твоей поимкой. Ты уже отправила сообщение с телефона Олбрайта? — Он вскользь упомянул о том, что глава Тартара сейчас в мире смертных, будто это какая-то мелочь. Насколько я знаю, Зефир не был здесь больше века.

Я знала, что Аид хочет видеть меня на следующем этапе Отборочных игр, но неужели он не доверяет мне самой провернуть это и получить приглашение?

— Стоп, притормози. Мне не нужна помощь Зефира! Клянусь, к завтрашнему вечеру я буду спать в тюрьме Даркфилд.

— Ты говорила то же самое про прошлое убийство.